» » Порно рассказ «Супер папа»

Супер папа

   Я стоял возле дверей ЗАГСа в толпе разношёрстных гостей, до боли в глазах вглядываясь в створчатые двери, держа в руках видеокамеру. Сегодня выходила замуж моя единственная дочь Анютка. Двери открылись, и под восторженные крики и аплодисменты собравшихся людей избранник моей дочери, широкоплечий красавец Андрей, вынес из дверей моё сокровище. Ах, до чего же она была красива! Чёрные волосы, точёные черты лица, осиная талия, белое платье и полупрозрачная фата.

   Анна приветственно махала гостям рукой, глядя на них лучезарным взглядом. Увидев меня, широко улыбнулась, послав мне воздушный поцелуй. Включив камеру, я припал к объективу, желая навеки запечатлеть этот радостный для всех нас момент...

   С Олей я познакомился «на картошке». В ту ночь девушка пробралась в мою палатку, там у нас всё и случилось. Через месяц, по возвращению в город, мы подали заявление в ЗАГС, а ещё через восемь месяцев родилась наша дочь. Анна. К сожалению, моя молодая супруга скончалась при родах, успев подарить мне частичку себя.

   Так я остался один с маленьким ребёнком на руках. Мне, конечно, помогали мои родители, Аня росла и взрослела, хорошо училась, не доставляя мне никаких проблем, почти не баловалась с мальчиками, не заставляя меня вести с нею неудобные разговоры, к которым я был совсем не готов, не задавала вопросы, которые дочери обычно задают своим матерям...

   К слову сказать, менструация у Ани началась довольно-таки поздно, в восемнадцать лет, сразу после её дня рождения. Я слышал, что подобные задержки иногда бывают, поэтому не обращал на это никакого внимания...

   В тот день я сидел на кухне, читая газету. Придя из института, Аня пулей пробежала по коридору, даже не взглянув на кухню, и плача влетела в ванную комнату, закрыв за собой дверь. Я не на шутку встревожился, отложив газету, я подошёл к двери ванной комнаты и прислушался. Услышав всхлипы и шуршание одежды, я испугался ещё больше.

   — Анюта, открой дверь! Что случилось?! – кричал я, дёргая ручку двери.
   — Папа... Папа! Всё нормально, просто у меня... – донёсся до меня удивлённый и встревоженный голос Ани.
   — Дочка! Я открываю дверь! – решился я, поворачивая маленький кругляшок.

   Дело в том, что двери ванной комнаты и туалета в нашей квартиры были снабжены особым замком. Если покрутить неприметную круглую фиговинку, больше напоминающую декоративный узор, можно было открыть замок с противоположной стороны. Разумеется, этим эксплоитом я никогда не пользовался, за исключением одного раза.

   Однажды я пригласил в гости свою коллегу по работе. Улучив момент и извинившись, женщина прошла в туалет. Сидя в комнате и потягивая вино, я решился на маленькую шалость. Возможно, во мне сыграл хмель, возможно ещё что-то, но только открыв дверь туалета и застав свою подругу, сидящую на унитазе с чуть разведёнными в стороны ногами, машинально глядя на её мохнатый лобок и на тонкую струйку мочи, я взглянул в её расширенные глаза и понял, что сделал что-то неправильное.

   Громко вскрикнув, женщина быстро закрыла ладонями промежность и сжалась, веля мне немедленно убираться прочь... Так моя дочь во второй раз осталась без матери...

* * *

   — Я вхожу! – ещё раз крикнул я, дёргая ручку двери.

   Влетел в ванную, запутавшись в лежащих на полу джинсах и трусах дочери, чуть не упав. В ужасе озираясь по сторонам, я бросил взгляд в ванну и обомлел. В ванне на коленях сидела Аня, в свитере и с голыми ногами, прикрывая ладонями низ живота. На её пальцах и бёдрах я увидел капли крови.

   У меня подкосились ноги, тысячи мыслей пролетели в моём сознании. Ранение, травма... Насилие!

   — Кто... Кто это сделал?! – в ужасе завопил я, плюхаясь на колени, хватая дочь за плечи, имея ввиду именно последнее.
   — Папа, папочка... Всё хорошо, правда! Просто у меня начались месячные! – со слезами на глазах и с улыбкой проговорила Аня, отрывая ладони от низа живота и протягивая их ко мне.

   Сам того не желая, я опустил взгляд, вперившись в чёрные волоски между ног девушки, видные мне, и красные капельки на верхних частях её бёдер. Ойкнув, Аня вновь прикрыла руками своё причинное местечко, а я, жутко покраснев, вскочил на ноги.

   — Я сейчас... – пробормотал я, выскакивая из ванной комнаты.

   — Сиди в ванне и ничего не делай! Я скоро! – прокричал я, хватая деньги и выбегая из квартиры.

   В принципе, в общих чертах я примерно знал про это. Забежав в первую попавшуюся мне аптеку, я купил пачку прокладок и на всякий случай упаковку тампонов. Вернувшись домой, я кинулся в ванную и бросив свои покупки на пол возле раковины, стараясь не смотреть на сидящую в ванне дочь, тщательно вымыл руки...

   — Аня, где у тебя свежие трусики? – прокричал я, спустя минуту исследуя комнату дочери.
   — Папа, в комоде... – донеслось до меня.

   Открыв ящик комода и схватив первые попавшиеся мне трусы, я бегом вернулся в ванную. Стоя на коленях возле ванны, разорвал упаковку прокладок, открыл одну из них, принявшись прилаживать прокладку на новые девичьи трусики.

   — Папа, я сделаю, спасибо, – смущённо проговорила девушка, протягивая руки.
   — Может быть ещё и это нужно... – пробормотал я, протянув Ане тампон.
   — Пап, я разберусь, правда, – дочь отогнула крылышки, закрепив прокладку на трусах.

   Встала на ноги, оперевшись на моё плечо, и приподняла правую ногу. Как завороженный я смотрел на девичью промежность, на чёрные волоски на её лобке, на половые губки, со следами крови, тоже все в волосках. Кажется, я даже заметил крошечный, едва заметный клиторочек, на долю секунды увидев и анус Ани, когда она максимально высоко подняла ногу... Натянув трусики, девушка так и стояла в нерешительности в ванне: в носках, в трусах и в свитере.

   Я только потом понял, что она пыталась обдумать происходящее, смотря на мой вздувшийся пах. Я же вскочил на ноги, хватая лейку душа.

   — Сейчас, Ань... – забормотал я, включая воду, направляя струйки воды на девичьи бёдра, смывая следы крови.
   — Пап, я сама... – затараторила девушка, беря шланг.
   — Ага, я пойду, да? – проговорил я, поворачиваясь к двери.
   — Папа, спасибо тебе, – Аня выключила воду, поставила ногу на бортик ванны, снимая с крючка полотенце.
   — Не за что... Я на кухню, – я поспешил выйти из ванной комнаты, прикрывая ладонями свой предательски вздутый пах.

* * *

   Весь оставшийся день я и дочь испытывали вполне объяснимое стеснение. Разговор за ужином не клеился. Вымыв посуду, Аня отправилась в свою комнату, я же, чуть посидев на кухне, отправился в свою.

   Лёжа ночью в кровати, я всё думал об этом случае в ванной. Видя перед глазами промежность своей дочери, её самое тайное и запретное место, я безостановочно поглаживал ладонью свой напряжённый член, оттянув резинку трусов. Поняв, что всё равно не засну, я тихонько прокрался в ванную комнату, включив свет и заперев дверь.

   Выудив из корзины для грязного белья ношенные Анины трусики, те самые, со следами крови, я поднёс их к лицу, закрыв глаза. Больше ничего и не требовалось. Резко спустив свои трусы, вдыхая носом запах дочери, я просто один раз дёрнул рукой, выпустив тугую струю спермы ровно в кафельную плитку на стене. Глубоко вдохнул, втягивая носом воздух, застонал, выбрасывая из головки члена новую порцию семени, рисуя в своём воображении, будто бы это Аня сидит на моём лице, а я блуждаю языком между её ног, пробираюсь сквозь её половые губы, страстно и жадно вылизывая влагалище и клитор родной дочери, касаюсь ануса, нежно скребя его всей поверхностью языка...

   На следующий день, когда Аня была на занятиях, я вновь закрылся в ванной. Вновь выудив из корзины те самые трусы, я опять же предался своим фантазиям. На этот раз я просто прижал трусики к своему вздыбленному члену и принялся яростно мастурбировать, воображая, будто бы это Анино влагалище, ощущая каждую складочку ткани, соприкасающуюся с моей возбуждённой головкой... На этот раз я не сдерживал крика. Бурно и громко излившись, конечно же вымазав спермой мою находку, я тщательно вымыл под краном член, натянул штаны и на подкашивающихся ногах закинул всё содержимое корзины в стиральную машину, дабы скрыть следы преступления...

   Но сейчас я просто поспешно привёл себя в порядок, кинув трусики в корзину, вышел из ванной и лёг в кровать. Как ни странно, заснул я почти мгновенно.

* * *

   Дни шли своим чередом. Мы уже почти забыли о том случае в ванной и никогда об этом не вспоминали. У дочери завершились месячные и ещё одни, мы вновь научились смотреть друг другу в глаза, улыбаться и проводить вместе время, как отец и дочь.

   Но однажды я заметил, как Аня, вдруг, погрустнела, стала тихой и задумчивой.

   — Ань, я вижу, тебя что-то тревожит, – как-то раз за ужином спросил я её.
   — Знаешь, пап, у нас с Андреем, я тебе о нём рассказывала, помнишь? – проговорила моя дочь, отложив в сторону вилку, — В общем, у нас всё хорошо. Он меня не обижает, любит, уважает...
   — Я думаю, у нас может быть даже... – девушка замялась, а я весь напрягся, признаться, до этого момента у нас никогда не было столь откровенных разговоров.
   — Может быть даже секс, – закончила девушка, потупив взгляд.

   Я сидел не шелохнувшись, в полной тишине, лишь тикали наши старомодные часы, висящие на стене.

   — Ну... Это хорошо, если вы любите друг друга... – промямлил я первое, что пришло мне в голову.
   — Но знаешь, пап, я ведь совсем... совсем неопытная в этом вопросе. Мне подружка давала диск с... c порно... Но там всё так грубо, пошло... – Аня запнулась, покраснев ещё больше.

   Я слышал, как гулко бьётся моё сердце и не знал, что сказать, перебирая в пальцах вилку.

   — Пап, пойдём... Я покажу... – пробормотала девушка, вставая из-за стола.

   Опомнился я лишь тогда, когда оказался в комнате дочери. Аня включила компьютер, пощёлкала мышкой по значкам на рабочем столе и моему взору открылось форменное непотребство. Мужчина и женщина, в совершенно немыслимой позе, предавались плотским утехам, громко крича, ахая и вздыхая. Член мужчины с нереальной скоростью входил в женское, лишённое растительности, влагалище, время от времени меняя направление, проникая в анус женщины...

   Я стоял раскрыв глаза, не понимая, как такая скромная, милая девушка может смотреть такое.

   Аня выключила запись и уставилась на меня, словно ожидая объяснений.

   — Ну... дочь... это называется секс. Он обычно происходит между двумя любящими людьми и желательно заниматься им в браке и с постоянным партнёром, – затараторил я всё, что знал по этому вопросу.
   — А в брак лучше вступать с любимым человеком... – добавил я, надеясь, что неудобный разговор на этом и закончится.
   — Да, пап, я знаю, – перебила меня дочь, делая шаг в мою сторону.
   — Но скажи, неужели у него он тоже такой же большой?! – удивлённо протянула девушка, бросая взгляд на мой пах.

   Я не знал, что ответить, но чувствовал, как мой член как-то странно напрягся, приподнимая ткань моих домашних штанов. С интересом смотря вниз, Аня подошла почти вплотную ко мне, не отрывая взгляда от моего причинного места.

   — Папа, а можно я посмотрю? Ну хоть одним глазочком?! – выпалила девушка, и прежде чем я успел хоть что-то сделать, девичьи пальчики коснулись ткани моих штанов, осторожно сжимая мой напрягшийся член.
   — Аня... так нельзя... Это аморально, это не приветствуется... – зашептал я, чувствуя, как дочь аккуратно стягивает с меня штаны, во все глаза смотря на открывающееся ей зрелище.

   Когда показались мои вздыбленные трусы, Аня, вдруг, встала на колени, обхватив ладонями мой член, всё ещё скрытый белой тканью. Снизу-вверх взглянула на меня, словно прося разрешения, и потянула за резинку. Едва лишь показались мои лобковые волосы – я готов был лишиться чувств от стыда и стеснения, но то, что произошло дальше, не укладывается ни в какие нормы морали и нравственности.

   Обнажив корень моего пениса, девушка дёрнула ладонью, обнажая его весь, удерживая член в ладонях, с интересом смотря на него, трогая пальчиком головку, поддерживая второй ладонью мошонку. В её руках мой пенис ожил ещё больше, поднимаясь кверху, пытаясь смотреть ровно в потолок комнаты. А проказница и не думала останавливаться. Чуть сжимая мои яички, второй ладонью Аня сдвинула кожицу на моём члене, полностью открыв головку, всматриваясь в открывшуюся дырочку.

   — Аня, что ты делаешь... Опомнись! – забормотал я, хватаясь пальцами за резинку своих трусов.
   — Ну пап... Я же видела тогда в ванной, что ты сам хочешь, что я тебе нравлюсь... – с обидой проговорила девушка, не вставая с коленей и держась за мой вздыбленный член.
   — Одно дело – зов плоти, и совсем другое – нормы морали! – выкрикнул я, резко натягивая трусы и штаны, развернулся и быстрым шагом направился к двери комнаты.
   — А что ты делал той ночью в ванной комнате?! Ты так громко стонал там, а?! Думаешь я совсем глупая?! – со слезами в голосе прокричала девушка.

   Я остановился, как громом поражённый, медленно оборачиваясь.

   — Да, я неопытная, а очень хочу стать опытной! Мои подруги уже давно с парнями трахаются, а надо мною смеются. Говорят, мол, Андрей меня бросит, раз я такая неумеха и ещё целкой называют! – выпалила Аня, сверкая глазами, вставая с коленей.

   Я отказывался верить своим ушам! Я никогда не слышал от дочери ни одного грубого или вульгарного слова. Встав на ноги, девушка задрала футболку, обнажив живот, большим пальцем второй ладони уцепилась за резинку своих штанишек, резко сдёрнув их до середины бёдер, стянув и трусики.

   — А я уже совсем взрослая, вот, смотри! – зло прокричала она, показывая взглядом на свой лобок, покрытый чёрными завитушками и на такие же половые губки.

   Не отпуская футболку, задрала её ещё выше, обнажив налитую грудь. Странно, а я даже и не заметил, что она была без лифчика. Аня так и стояла передо мною, показывая мне всю себя. Блуждая взглядом по груди дочери, рассматривая её сосочки, в окружении тёмных ореолов, я опускал взгляд вниз, рассматривая её такие притягательные половые губки, не в силах сказать ни слова, зато за меня всё говорил мой член, вновь распирая ткань штанов.

   — Трус! – презрительно выкрикнула Аня, развернувшись и бросившись на диван.

   Закрыв лицо руками, даже не подтянув штаны, лёжа на животе, девушка горько зарыдала. Смотря на белые ягодицы дочери, на её вздрагивающие от рыданий плечи, я развернулся и тихо вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

* * *

   Лёжа этой ночью в своей кровати, я не мог сомкнуть глаз. Слыша плач Ани, я думал о том... а почему, чёрт возьми, и нет?! Я одинокий мужчина, почти не знающий женской ласки, между прочим, ещё совсем не старый. Моя дочь не против, к тому же, если ей это пойдёт на пользу, пусть уж лучше это буду я, чем какой-нибудь хулиган из соседнего подъезда. А если в глазах этого самого Андрея Аня будет выглядеть как все – так оно и ещё лучше. Плюс ко всему, никто ничего и не узнает, верно? Более того, чего уж там лукавить, я сам этого ужасно хотел.

   Встав с кровати, в одних лишь трусах, я тихо прошёл в комнату дочери. Свет включать не стал – полная луна светила в окно, освещая диван и девушку. Аня уже не плакала, лишь тихонько всхлипывала, всё также лёжа на животе.

   — Ань, ты спишь? – прошептал я, присаживаясь на диван.
   — Нет, – ответила девушка, продолжая шмыгать носом.

   Мы долго молчали, луна в окне успела поменять своё место на небосклоне, спрятавшись за раму. В комнате стало значительно темнее.

   — Я не красивая, да? Ты меня не хочешь? И Андрей не захочет, – нарушила молчание моя дочь, сделав своё заключение.
   — Нет, что ты?! Ты очень красивая! – горячо выпалил я, погладив щиколотку девушки, — Просто ты моя дочь и это неправильно, так не делается...
   — Так мы же не детей собираемся заводить и не скреплять наши отношения, а просто попробовать... Ну, чтобы я попробовала, – Аня в темноте взглянула на меня, блеснув мокрыми глазами.

   Протянув руку, я включил настольную лампу, взглянув в лицо дочери. Какая же она красивая! Чёрные, слегка завивающиеся длинные волосы, чувственные губы, точёный носик, ровно очерченные скулы... И даже красные заплаканные глаза совершенно не уменьшали её красоты. Дотронувшись пальцами до девичьей щеки, я нагнулся, коснувшись своими губами губ Ани. Девушка несмело приоткрыла ротик, закрыла глаза, развела уста, словно желая пропустить меня глубже. И как же божественно от неё пахло! Запах чистого девичьего тела, почти не смешанный с запахом косметики, гладкая кожа, без малейшего намёка на морщинки...

   Оторвавшись от девушки и уже не прикрывая свой напряжённый пах, я встал с дивана, взглянув на дочь. Трусы и штанишки она уже успела подтянуть, опираясь на локти, Аня с интересом смотрела на меня, словно ожидая чего-то невероятно интересного.

   — Дочь, давай дождёмся выходных, и тогда ты... станешь опытной, как ты того и хочешь, я обещаю, – проговорил я, наклоняясь и обнимая девушку за плечи.
   — И ты дашь мне поцеловать свой... член, как я видела там? – Аня мотнула головой в сторону компьютера.
   — Дам, и покажу тебе много чего такого, чего ты не видела там, – пошутил я, тоже мотнув головой в сторону стоящего на столе монитора.
   — А сейчас спи, раздевайся и ложись под одеяло, – я поцеловал дочь в макушку и вышел из комнаты, улыбаясь своим мыслям, предвкушая немыслимое наслаждение и исполнение всех своих самых тайных фантазий и желаний.

* * *

   Дни текли невероятно медленно. Отсчитывая часы до наступления субботы, я с интересом наблюдал за девушкой, отмечая все изменения, происходящие с нею.

   Принимая душ, Аня не закрывала дверь на замочек, когда мы вместе смотрели телевизор – дочь клала голову мне на колени, заглядывая в глаза, словно нас объединял какой-то один важный секрет, накрывая на стол – старалась прижаться ко мне, коснувшись грудью моего плеча...

   В то субботнее утро я проснулся раньше обычного. Предвкушая немыслимое, немного волнуясь, я заглянул в комнату Ани. Девушка лежала на расправленном диване, на животе, почти не прикрытая одеялом. С жадностью оглядев голые девичьи ноги, видимые мне ягодицу и лопатки, я подошёл к дивану, осторожно приподняв одеяло.

   — Доброе утро, дорогой! – Аня перевернулась на спину, обнимая меня за шею.

   Притянула меня к себе, страстно поцеловав в губы. Прижалась ко мне голой грудью, такая тёплая и вкусная со сна.

   — Доброе утро,... дорогая! – я впился в губы дочери, позволяя ей пробраться языком в мой рот, теснее прижаться к себе.
   — Ты помнишь какой сегодня день? – лукаво проговорил я, чуть отстраняясь, глядя в счастливое лицо девушки и поглаживая ладонью её грудку.
   — Папа, сегодня суббота! – радостно проворковала дочь, вновь притягивая меня к себе, привставая с кровати.

   Откинув с девичьего живота одеяло, я пробежался пальцами по Аниному животику, юркнув девушке между ножек. Ощутив приятную негу её волосиков, мои пальцы утонули во влажном, зовущем плену. Поглаживая половые губки дочери, мокрые и давно уже ожидающие меня, я разомкнул уста и оглядел её всю. Девушка лежала на кровати абсолютно голая, чуть раздвинув ноги, доверчиво и внимательно глядя на меня, призывая к дальнейшим действиям.

   Аня отпустила мою шею, раскинула в стороны руки, отдаваясь мне вся и без остатка. Огромных усилий мне стоило вытащить руку из-под девичьих ног и распрямиться.

   — Анют, сейчас мы с тобой пойдём в ванную и примем душ, – проговорил я, стоя с оттопыренными трусами.
   — Я такая грязнулька? – капризно протянула дочь, картинно похлопав глазами и положив ладонь на свою пушистую щёлочку.

   Развела пальцы, приоткрыв розовое нутро, обнажив узенькую дырочку и крошечный горошек клитора. Я поймал себя на мысли о том, что подобным фокусам она научилась, смотря свои диски, которыми её снабжала та самая подружка.

   — Вовсе нет, я покажу тебе, что этим можно заниматься, даже принимая душ, – ответил я, радуясь, что так всё ловко устроилось.

   Любой ли мужчина моего возраста, имеющий дочь, может похвастаться тем, что у него вот-вот произойдёт секс с молоденькой красоткой, притом при полном её согласии? Вот то-то же! Улыбаясь своим мыслям, поглаживая сквозь ткань трусов свой стоячий член, я протянул руку, приглашая девушку следовать за собой. Истолковав мою улыбку по-своему, Аня легко ухватилась за мою ладонь и как птичка выскочила из кровати.

   Стоя напротив меня, обнажённая, держа меня за руку, дочь игриво норовила прижаться к моему паху своим голеньким лобком, любяще смотря и улыбаясь мне. Совсем забыл сказать: до сегодняшнего утра я ни разу в жизни не видел свою дочь голой, не считая того случая в комнате Ани и раннего детства. А сейчас она стояла передо мною полностью нагая, готовая отдаться мне... твою мать!

   Обняв дочь, положив ладонь на девичью грудку, я повёл её к ванной комнате. В коридоре девушка, смеясь, высвободилась, добежала до выключателя и включила в ванной свет, во все глаза смотря на меня, призывно выставив бедро. Сдерживая улыбку, я протянул руку, открывая дверь ванной...

* * *

   Я протянул руку, открывая дверь лимузина. Моя Анютка подобрала полы свадебного платья и впорхнула внутрь роскошного автомобиля. Андрей, галантно кивнув мне головой, последовал за своей женой. Третьим забрался и я, не желая оставлять свою любимую дочь одну в этот радостный и светлый для неё момент.

   Сидя напротив новобрачных, смотря на то, как Андрей нежно и любяще обнимает Аню, как шепчет ей в ушко какую-то ласковую чушь, держа ладонь на девичьем колене, я вновь погрузился в свои воспоминания, блаженно улыбаясь, незаметно поправляя полы своего нарядного пиджака...