Ноги (3 часть)

Краткое содержание предыдущий частей: Иван Петрович, пожилой мужчина, фактически удерживает в рабстве в своей квартире свою больную племянницу, неходячую девушку Катю, подвергая её различным сексуальным издевательствам. За небольшое материальное вознаграждение, мужчина позволяет присоединиться к мытарствам над бедной девушкой своему коллеге по работе, Максиму...

Следом за мной вошёл Иван Петрович, плотно прикрыв за собой дверь.

— Максим, командуй. Что мне надо делать? – проговорил он, подходя к кровати, глядя на извивающуюся девчонку.
— Для начала отвяжем её и перевернём на живот. Её надо будет крепко держать, – ответил я, словно бы речь шла о чём-то само-собой разумеющимся, а не об анальном надругательстве над несчастной девушкой.

Не застёгивая ширинки, я перегнулся над скулящей Катей и ухватился руками за путы на изголовье кровати. Петрович внимательно смотрел на девушку, взявшись руками за Катины щиколотки, пока я отвязывал её руки, нависнув над нею.

— Давайте её по центру положим и перевернём, – я отвязал девичьи запястья, не обращая никакого внимания на жалобный взгляд девушки.

Петрович дёрнул руками, вытащив девчонку на середину кровати, вперив взгляд в густые девичьи лобковые волосы, слушая сдавленное Катино мычание.

— Может быть вы тоже попробуете? – спросил я, чувствуя огромную благодарность к этому слесарю, ведь он дал мне столько, сколько я бы, пожалуй, никогда бы не получил, и собирался дать ещё больше.
— Я пока просто посмотрю, а там будет видно, – отозвался он, оглядывая всё голое девичье тело.
— Что вы делаете?! – сквозь повязку на рту в ужасе прокричала Катя.
— Если она будет так орать – пожалуй, соседи могут вызвать ментов, – хитро проговорил я, выжидательно смотря на Ивана Петровича.
— Рот закрой, а то я тебя...! – рявкнул Петрович, обходя кровать, вставая напротив меня, хватая девушку за горло и замахиваясь кулаком.

Катя заскулила, вжимаясь в кровать, переводя затравленный взгляд со своего дяди и на меня, приподнимая руки, закрывая ими своё лицо.

— Ты будешь тихо себя вести? – мягко спросил я, взяв в руку Катину ладонь, чуть поглаживая её.

Девушка мелко закивала, моргая красными глазами.

— Вот и хорошо, – я просунул девичью ладошку в свою расстёгнутую ширинку, прижав Катины пальцы к ткани своих трусов, заставив её обхватить ими мой вздыбленный член.
— Ты хочешь ощутить его в своей попке? Ты же не хочешь, чтобы твой дядя сделал тебе больно? – спросил я, посмотрев на Ивана Петровича, всё также сжимающего ладонью шею своей племянницы, держа кулак возле самого её лица.

Вновь заревев, девушка зажмурилась и кивнула головой, брызнув соплями. Я понял, что девчонка уже полностью сломлена. Желая начать немедленно, продолжая удерживать Катину ладонь в своей расстёгнутой ширинке, свободной рукой я расстегнул пуговицу джинс, приспустил их, оттянул трусы и вновь сомкнул пальцы девушки на своём восставшем пенисе.

— Теперь ты сама. Погладь его, – елейно проговорил я, держа Катю за ладонь, медленно двигая ею по своему торчащему кверху члену.

Рыдая, девушка принялась поглаживать мой пенис, сверху-вниз и обратно, слабо сжимая на нём свои пальцы. Я кивнул Ивану Петровичу и отпустил девичью ладошку, чуть отклонился назад, наблюдая, как запуганная девушка, всхлипывая, послушно мастурбирует мой член, сжимая его мокрыми пальцами. Крайняя плоть открывала и вновь закрывала головку, пока Катя, медленно и механически, как робот, смотря в потолок, сжимая на пенисе пальцы, водила ладонью, тяжело дыша и шмыгая носом.

— Если ты будешь послушной девочкой, ничего с тобою не случится, правда, Иван Петрович? – подмигнул я своему товарищу, ощущая в паху волны волнительного напряжения.
— Да, – мужик убрал руку с Катиного горла, большим пальцем оттянул резинку своих спортивных штанов, просунув вторую ладонь в трусы.
— Теперь сделай также и своему дяде... сама, и начнём, – проговорил я, закидывая кверху голову.

Иван Петрович взобрался коленями на кровать, встав сбоку от лежащей девушки, поддерживая двумя пальцами, вынул из штанов член, уже несколько восставший.

— Ну? – прогудел он, грубо потрепав Катю ладонью по волосам, чуть помахивая членом.

Смотря на меня, словно прося разрешения, девушка отпустила мой пенис, упёрлась локтями в кровать, пытаясь встать. Нагнувшись над нею, я обхватил Катю рукою за плечи, положив вторую руку девушке на грудь, обхватывая ладонью грудку, чуть сжимая её, помогая больной девушке принять сидячее положение, смотря на промежность Кати, голую и ничем не прикрытую.

— Потрогай член своего дяди, сделай ему хорошо, ладно? – мягко шепнул я в Катино ухо, сжимая девичий сосок.

Мой член, от этих слов и от общей картины происходящего, ненасильственного порабощения девушки, восставший донельзя, гордо торчал в сторону Катиного лица. Убрав руку с девичьей груди, поддерживая Катю за плечи, я чуть больше наклонил её вперёд, просунув ладонь между её бёдрами.

— Сделай дяде Ване также, как мне, – шепнул я, трогая пальцами половые губы Кати, всё ещё мокрые от моей спермы.

Продолжая всхлипывать, пытаясь унять слёзы, девушка несмело подняла левую руку, коснувшись пальцами возбуждённого члена Ивана Петровича. Мужчина затаил дыхание, смотря вниз, наблюдая, как Катины пальцы обхватывают его пенис и двигается девичья ладонь, робко и несмело.

Девушка всхлипывала, плечи её дрожали, когда она, в очередной раз двинув рукой, обнажила головку уже восставшего в её руке, члена её дяди.

— Она никогда мне так не делала, – с удивлением проговорил Петрович, смотря на меня, не обращая никакого внимания на племянницу.
— Он столько для тебя делает, неужели тебе было сложно хоть раз отблагодарить его? – с нотками укора проговорил я, заглядывая в красное Катино лицо, поглаживая девичью промежность.
— А теперь просто возьми его в ротик, то, что ты сейчас трогаешь рукой, – напутственно произнёс я, стягивая с её рта повязку, кладя ладонь на затылок девушки, приклоняя её голову к пенису мужчины.
— Не надо... – прохныкала Катя, особо не сопротивляясь, приближаясь лицом к члену Ивана Петровича, держа его пенис в руке.
— Открывай рот, – твёрже проговорил я, уцепившись пальцами за девичьи лобковые волосы.

Петрович подался вперёд, приближая свой пенис к Катиному лицу. Девушка опустила руку, покорно приоткрыла рот, из опухших глаз её по мокрым щекам вновь ручьём полились слёзы. Дядя, чуть отклоняясь назад, поддерживая свой член двумя пальцами, ловко просунул головку в рот Кати. Вены на шее девушки напряглись, горло задёргалось, предопределяя рвотный рефлекс, губы разошлись в стороны, не смея сомкнуться.

— Представь, что это просто мороженное, не заставляй тебя наказывать, – твёрдо произнёс я, внимательно наблюдая за происходящим, с силой дёрнув рукой, оттягивая Катины лобковые волосы вместе с кожей её лобка.

Девушка закрыла глаза, сомкнула губы и не переставая плакать, мелко-мелко задвигала головой, скривившись, словно бы во рту у неё был не член её родного дяди, а какой-то кусок говна. Наблюдая за Катей, бросая взгляд на её неподвижные ноги, на мохнатый лобок, на складочки кожи на животе, я принялся помогать девушке, слегка подталкивая её рукой в затылок, насаживая её рот на вздыбленный и несколько отогнутый книзу член Петровича. Мне тогда ещё захотелось связать руки Кати у неё за спиной, чтобы она вот так вот и сидела, со связанными сзади руками, и сосала мужику член, или мне... Но я знал, что скоро я обязательно удовлетворю все свои фантазии...

— Если бы ты... сама бы делала... мне так... с самого начала... – тяжело дыша и задыхаясь простонал мужик, закатывая глаза, — Мне не пришлось бы тебя... лупить и связывать, – Иван Петрович мелко задрожал, ухватив пальцами волосы девушки.

Схватив Катю за подбородок, поддерживая её нижнюю челюсть, я смотрел, как надулись девичьи щёки и распахнулись её глаза. Мой товарищ протяжно застонал, дёрнулся вперёд и между его членом и губами девушки показалась белёсая густая влага. Продолжая пучить глаза и раздувать щёки, Катя захрипела, стараясь отстраниться, но я не дал, надёжно держа её за затылок.

— Дрянь... Неблагодарное говно! – в сердцах выкрикнул я, внезапно сменив милость на гнев, отрывая лицо девушки от члена мужика, отбрасывая её на кровать.
— Даже пососать нормально не можешь! – навалился я на неё, залепив девчонке пощёчину.

Я конечно же играл, желая окончательно сломить её и запугать. Девчонка оглушительно заревела, поднимая руки, закрывая лицо.

— Иван Петрович, потом будете по несколько раз на дню давать ей сосать, а сейчас... – я ухватился за девичьи запястья, дёрнув Катины руки на себя, разворачивая орущую девушку поперёк кровати, головой к себе.

Перевернул её на живот, прижимая руки девушки к кровати.

— Петрович, ты первый будешь или я? – выкрикнул я, смотря на девичьи ягодицы.

Я нарочно перешёл на «ты», решив поработить ещё и этого мужика, дабы полностью оформить свои права на девчонку.

— Давай ты... – нехотя ответил мужчина, с сомнением смотря на Катины ягодицы.
— Тогда держи её за руки! – крикнул я, двинув руками, которыми держал Катю за запястья, дёрнув её на кровати.

Девушка вскрикнула, пытаясь высвободить руки, я дёрнул сильнее. На натягивая штанов, размахивая мокрым членом, Иван Петрович подошёл ко мне, перехватив девичьи руки. Не слушая Катины крики, я обошёл кровать и резко развёл в стороны девичьи ноги. Обеими руками приподнимая их, держа ноги Кати, взобрался с коленями на кровать, притянув девку к себе, плюхнув её бёдра на свои.

Девчонка зашлась в очередном приступе безудержного плача, пытаясь что-то сказать, оглушительно шмыгая носом и крутя головой. Держа девушку за руки, Петрович склонился над её головой, всё также прижимая к кровати её руки.

— Дай ей в рот чтобы не орала, сказал же – соседи ментов вызовут, – бросил я, раздвигая двумя большими пальцами Катины ягодицы.

Мужик ухватил девушку за подмышки, приник пахом к Катиному лицу, чуть приседая. Мне было хорошо видно, как член Петровича тыкается в мокрые щёки девушки, в её нос, пытаясь проникнуть в рот. Катя отвернулась в сторону, оглашая воздух диким рёвом, пряча лицо от члена своего дяди, когда как я уже развёл в стороны её ягодицы, обнажив тёмную шершавую дырочку, такую запретную и слегка подрагивающую.

Иван Петрович отпустил девушку, ухватившись пальцами за Катино ухо. Дёрнув рукой, поддерживая свой член пальцами второй ладони, задирая голову девчонки кверху, прижал головку пениса к мокрым губам девушки.

— Открывай рот, – твёрдо произнёс он, двигая бёдрами.

Катя неистово замычала, давясь слезами, когда член мужика вошёл в её рот, раздвигая губы, и устремился глубже.

— Вот так, – Петрович положил свои руки на голову девке, держась пальцами за её волосы, и энергично задвигался.

Девичья голова задёргалась, я ясно услышал хрипящий звук и вновь опустил глаза к разведённым ягодицам насилуемой. Глядя на Катин открытый анус, я ловил себя на мысли о том, что я никогда ещё не делал того, что собирался сделать сейчас. Мой член, словно соглашаясь со мною, нетерпеливо задёргался, смотря ровно вверх.

Впереди яростно пыхтел Петрович, суя свой член в Катин рот, а я наклонился вперёд, просовывая пенис между девичьими разведёнными ягодицами, касаясь головкой девкиного ануса. Тогда я даже не подумал о хоть какой-нибудь смазке. Мною полностью овладела похоть. Ощущая головкой пениса девичью заднюю дырку, слыша тяжело хрипящую девушку и надсадно дышащего Петровича, я просто прилёг на Катю, поддерживая ладонью свой пенис, стараясь держать его ровно, не отклонять в сторону, прижимая головку к Катиному анусу.

Почти улёгшись грудью на мокрую спину девушки, сжав губы, я принялся медленно двигать бёдрами, стараясь протолкнуть член в Катин задний проход. Не выпуская изо рта члена, изогнувшись дугой, девчонка выгнулась на кровати, пытаясь оттолкнуться от неё руками. По моим ощущениям, мне удалось проникнуть в неё: головку нестерпимо саднило, края сфинктера плотно сжимали член, нехотя пропуская его глубже. Ещё миг и ещё одно движение бёдрами, новая вспышка сладостной боли, и я почувствовал, как мой лобок ткнулся в Катины ягодицы.

Видя перед собою задранную голову девчонки, её мокрые волосы и руки Петровича на них, волосатый пах мужика и ствол его члена, входящий в девичий рот, я поймал себя на мысли о том, что я сейчас полностью нахожусь в ней, в её другом отверстии. Ощущая запах девичьего пота, я отпустил Катькины ягодицы и осторожно привстал на руках, стараясь не выскочить из девчонки. Дрожащими пальцами вновь раздвинул ягодицы, мой член уходил куда-то вглубь ануса девушки, почти до самого корня, безбожно распирая края её анального отверстия.

Ликуя от радости, удивляясь самому себе как в первый раз, не обращая внимания на ноющую боль, я подался назад, наблюдая, как мой член движется за своим хозяином, нехотя покидая своё укрытие.

Девушка яростно заорала, закашлявшись, член Петровича выскочил из её рта, запрыгав перед самым лицом Кати. Мужик посмотрел на меня, натянул на рот девушки кляп, и обойдя кровать, даже не надевая портков, встал возле меня.

— Ну как? – спросил он, заинтересовано заглядывая через моё плечо.
— Норма, – откликнулся я, вынимая член из Катиной попы и вновь осторожно задвигая его внутрь.

Петрович с интересом смотрел, даже не обращая внимания на крики и стоны своей несчастной племянницы, как мой член медленно ходит в анусе девушки, вперёд и назад, расталкивая края сфинктера. Волоски, растущие по краям девичьего ануса, пришли в движение, двигаясь в такт с моими ягодицами.

— А ты можешь вынуть его и вновь ей вставить? – с интересом спросил он, словно бы речь шла о починке машины, а не об анальном акте с его несчастной родной племянницей.
— Без проблем, – отозвался я, упёрся ладонями в Катин копчик и очень осторожно вынул член из девичьей задницы.

Когда красная воспалённая головка покинула задние недра глухо ревущей девчонки и запрыгала возле её ягодиц, я не без интереса вперил свой взгляд в расширенный, красный по краям, анус Кати. Анус не спешил закрываться, алея красной дырой на фоне белых девичьих ягодиц.

— Нихера себе... – удивлённо протянул мужик, протянул руку и не без труда просунул внутрь два пальца, почти на половину.

Девушка страшно дёрнулась всем телом, истошно взвизгнув и закричав, свесив голову с кровати. Поводив пальцами в Катиной задней дырке, Иван Петрович нехотя вынул пальцы, и продолжая смотреть на доселе невиданное, положил руки мне на плечи, ожидая продолжения.

— Всё очень просто, – добавил я, вновь пристраивая головку к девичьему заднему проходу и подаваясь вперёд.

Теперь я сам всё видел. Член, бугрясь кожей, значительно легче входил в задницу Кати, боли тоже уже почти не было. Выходил тоже свободно, оттягивая следом за собой края сфинктера. Увлекшись процессом, не обращая внимания на сопение Петровича возле самого уха, я ощутил, как задёргался мой член, готовясь исторгнуть из себя семя. Поспешно задвинув его в девкин анус, я взорвался волной неги и истомы, притом совершенно нереальной, осознавая куда я кончаю и при каких обстоятельствах. Катя уже почти не дёргалась, лёжа без сил, лишь только громко подвывала и скулила, когда как я, дождавшись полной разрядки, подался назад, вынимая свой пенис из осквернённого ануса несчастной Кати.

— Мы с тобою до сего момента девственниками были, – с улыбкой проговорил я, обращаясь к ней, когда головка члена, вытягивая за собою ниточку спермы, покинула девкину жопу.
— Как видишь, ничего тут сложного нет, – продолжил я, обращаясь к Ивану Петровичу, — Ты вполне можешь делать это всё сам, но в твоём случае тебе бы желательно воспользоваться вазелином, – добавил я, когда из Катино ануса принялась вытекать моя сперма, струйкой устремляясь по внутренним частям её бёдер.

Услышав мои слова, девчонка задрожала всем телом, казалось, от услышанного она была готова лишиться рассудка.

— Тебе всё понятно? – я толкнул его в бок локтем.
— Да, спасибо, – отозвался мужик, словно я был учителем, объяснившим ему сложную теорему.
— Иди на кухню и ещё мне налей. У меня к тебе есть важный разговор... – всё также сидя на коленях, я скинул со своих бёдер девичьи ноги и встал на пол, смотря девке между ног.
— Ага, иду, – с готовностью отозвался он и вышел за дверь.

Ощущая в своём члене некоторое жжение и переживая самые яркие моменты анального надругательства над этой беспомощной девчонкой, я обошёл кровать, встав возле Катиной головы.

— Очень скоро ты покинешь стены этой нехорошей квартиры... – стряхивая пенис, сбрасывая с него последние капли спермы, начал я.
— Нам будет хорошо вместе, – добавил я, нагнулся и погладил девушку по мокрым волосам.

Девушка ничего не ответила, лишь только глухо и протяжно заревела. Шипя сквозь зубы, очень осторожно, я упрятал свой натруженный член в трусы и застегнул джинсы...

— Пойду с дядей твоим поговорю на счёт тебя, – с ухмылкой проговорил я возле двери комнаты и вышел за дверь.

Конец третьей части.