» » Порно рассказ «Учительница Вера Олеговна (1 часть: В западне)»

Учительница Вера Олеговна (1 часть: В западне)

Рутина.


Вера Олеговна, здравствуйте! Мне нужно с Вами поговорить. Вы свободны?
- Здравствуйте. Да, конечно. – Ответила молодая учительница, отложив журнал в сторону. – Я вас слушаю.
- Это у нас сейчас заканчивается урок, да? – Спросил директор, посмотрев на свои наручные часы.
- Да. – Деловито подтвердила Вера Олеговна, посмотрев на свои. – Через пять минут звонок.
- А у Вас, сегодня ещё уроки будут?
- Нет. Сейчас вот, будет с 9-ым классом – последний.
- Хм, ну ладно. Тогда не буду Вам мешать, готовьтесь к уроку, а после, я Вас попрошу спуститься ко мне в кабинет.
- Хорошо, Дмитрий Андреевич, я поняла.

Некоторое время спустя, Верочка вела урок у 9-ого класса, и почему-то нервничала. Она перебирала в голове возможные причины вызова и ни одной не находила. Первый и последний раз, когда её вот так вызывал к себе директор, случился ещё в конце прошлого учебного года. Поводом стала хромающая дисциплина на её уроках. Однако, с тех пор, в этом плане, ситуация изменилась в лучшую сторону. Дисциплина наладилась и директор, на одном из собраний, при всех, выразил благодарность и чуть ли не поставил Верочку в пример другим учителям. По успеваемости тоже не должно было быть проблем. Кроме обязательной программы, она вела факультатив и подтягивала после уроков двоечников. Так и не найдя ничего такого, в чём её можно было упрекнуть, Вера Олеговна успокоилась. В конце концов, не всегда же, к директору, вызывают на ковёр. Может просто хочет поговорить или, наоборот, похвалить за труды…
Урок закончился, оставалось лишь закончить кое-какие дела. Собираясь в учительской, Верочка вновь забеспокоилась. Крутясь у зеркала, поправляя причёску, успокаивала себя «Всё будет хорошо».


Испытание в кабинете директора.


- Но я не трогала Быкурина. Это он сам всё выдумал, чтобы отомстить мне за ту тройку в четверти. – Опустив глаза в пол, соврала учительница. Она так и не научилась врать. Тем более, старшему по возрасту человеку, и тем более, её начальнику, директору, которого она глубоко уважала и на кого равнялась в профессиональном плане.
- Мне очень жаль, Вера Олеговна, но, к сожалению, факты! У меня нет никаких сомнений в том, что Быкурин говорит правду.
- Факты? – Сердце молодой женщины защемило и провалилось камнем в пятки. – Какие ещё факты?
- С этого учебного года, мы в нашей школе внедрили программу по защите учащихся. – Заговорил деликатно директор. – Для этого, у нас во всех кабинетах были установлены камеры наблюдения...

Директор не успел договорить фразу до конца, как учительницу забила мелкая дрожь. Ей стало страшно за себя и своё будущее. Директор продолжал спокойно рассказывать о том, что ей нужно прибыть в полицию, что с завтрашнего дня у Верочки начинается отпуск, потому что пока идёт разбирательство, она не может вести уроки. Страх учительницы сменился ужасом. Ведь запахло не только скандалом, и возможным увольнением с работы, с соответствующей записью в трудовой книжке, но и чем-то более серьёзным, вплоть до тюремного заключения.

- А зачем полиция? Я же ничего такого не сделала. – Причитала Вера Олеговна, заламывая руки. – Я его только оттолкнула от себя. Я не виновата! Не надо в полицию!

Голос Верочки срывался. Никогда в жизни она так не волновалась и не переживала. Страх парализовал её тело и разум. Всё окружающее вдруг теряло смысл, и вообще, жизнь, в эту минуту, не распространялась далее кабинета директора. Тяжёлая, гнетущая пустота. Растерянность, страх и отчаяние, встали комом в горле.

- Я вам верю. И понимаю вас, как педагог педагога... Но то, что зафиксировала камера. Поймите, там всё не совсем так, как вы говорите.
- Но я говорю правду!
- Я понимаю, но…
- Быкурин сказал мне, что я... он нагрубил мне и... и назвал меня... – Учительница не выдержала и разрыдалась.
Директор, как будто не замечая слёз Верочки, ходил взад и вперёд по кабинету, упрекал учительницу в непрофессионализме.

- Вы же учительница, и взрослая женщина. Мало ли, что он вам сказал. Нужно было надавить на студента своим авторитетом, так сказать. Существует множество способов, как наказать учащихся. Если не знаете, могли бы посоветоваться с другими преподавателями. Ко мне обратиться, в конце концов.
- Я пыталась… но они… вы же сами… ска..азали. Что дис…дисциплина хром..мает. Вот я и…
Вдруг директор остановился и почти грозно заявил:
- Какая ещё дисциплина? Быкурин утверждает, что Вы домогались к нему в сексуальном плане.
- Нет, о Б..Боже, я не д..домогал..лась!
- Обещали ему плохую оценку в конце года, если он не вступит с вами в половую связь…
Услышанное новое обвинение, ввергло Верочку в шок. Не веря в происходящее, Вера перестала всхлипывать. Ведь тут явно была какая-то ошибка, ведь ничего такого она не могла, и не предлагала студенту выпускного класса.

– Нет! Это же неп..правда, не было такого, клянусь! Это какое-то нед..дораз..зумение… Быкурин всё прид..думал.

Учительница продолжала всхлипывать, а директор неумолимо продолжал обвинять Веру Олеговну.

- Я понимаю, что вы молодая, красивая, незамужняя женщина. Мы все люди, и я понимаю, что вам нужны романтические отношения. Но! Не с учениками же связываться…

Учительнице было очень стыдно. Её отчитывал директор, за то, чего она больше всего стеснялась и побаивалась в жизни, да и в работе тоже – за романтические, сексуальные отношения с мужчинами. Ещё обиднее было то, что этих самых отношений, ведь, и не было. Она считала, что это всё придёт само собой, но позже. Не в двадцать два года и даже не в двадцать пять. Верочка сильно в это верила, и эта вера сейчас, ей вдруг придала сил. Молодая учительница, взяв себя в руки, посмотрела в глаза директору, пытаясь как можно убедительнее высказать правду, настоящую правду!

- Дмитрий Андреевич, Вы должны мне поверить. Я ничего не предлагала Быкурину! Я не знаю, почему он так говорит. Да, я оттолкнула его и дала ему пощёчину. Я признаю, что поступила неправильно. Но я ничего не предлагала ему. Здесь не нужен суд. Можно ведь как-то разобраться без суда?

Да, такого поворота Верочка не ожидала. И вот, та история, что случилась пару месяцев назад, неожиданно всплыла. Всплыла как глыба айсберга, врезавшись в который, жизнь Верочки дала трещину и начала разрушаться на глазах. Самым обидным для учительницы было то, что сама история была искажена, надумана. В тот день, Верочка, сильно разозлившись на Быкурина, действительно лишь ударила его. Даже не столько ударила, сколько дала звонкую пощечину и оттолкнула от себя. Поставила этого зарвавшегося юношу на место. После того случая, она почувствовала себя намного увереннее, сильнее. Более того, Быкурин, больше не позволял себе пошлых шуточек на уроках и вёл себя вполне адекватно и прилично. Верочка тогда была уверена, что сделала всё правильно. Теперь же, учительница пожалела, что всё так повернулось. Но как бы она не жалела о случившемся, тяжёлых последствий, теперь, не миновать. Она это чувствовала буквально кожей, каждой клеточкой организма, страх и тяжкое предчувствие беды. Но почему? За что такая несправедливость по отношению к ней? Верочка вновь начала раскисать, а глаза невольно налились слезами.

- Ладно, ладно. Хватит! – Директор протянул учительнице стакан воды. – Вот, выпейте. Успокойтесь. Я тоже думаю, что суд можно как-то избежать.
Вера Олеговна с надеждой посмотрела в глаза Дмитрию Андреевичу.

- Да? И… как?

- На самом деле, не переживайте вы так, Вера Олеговна. – Директор уже сидел рядом с учительницей, и в попытках успокоить молодую женщину, как бы случайно, положил руку ей на голую коленку. – Я уверен, что у нас получится найти выход из этой неприятной ситуации.

Верочка почувствовала эти прикосновения директора, но одёрнуть его руку не осмелилась. Находясь в подавленном и обречённом состоянии, она не могла адекватно реагировать на происходящее вокруг, а голос директора становился все тише, и вкрадчивее. Вместо "вы", он доверительно перешел на "мы". Поглаживая голую коленку молодой учительницы, Дмитрий Андреевич не только успокаивал, но и соблазнял подчинённую. Вера окончательно растерялась, не зная как реагировать, и вообще, что делать. Она просто замерла в ожидании.
- Что Вы? – Едва слышно проблеяла учительница. – Что Вы делаете?
- Мы поговорим с Игорем Анатолиевичем, и всё уладим, правильно?

Не встречая сопротивления, и не обращая внимания на вопросы учительницы, Дмитрий Андреевич продолжал успокаивать Леночку, нашептывая ей на ухо обнадёживающие слова. Он навис над ней всей своей массой и преподавательским авторитетом. Рука его уже находилась под юбкой, настойчиво преодолевая запретные границы. Видя страх и полную беззащитность молодой учительницы, почти ещё девушки, вчерашней студентки, директор распалился, и от обнадёживающих слов, перешёл к комплиментам. Словно под гипнозом, Вера Олеговна, лишь робко возражала, сжимая сильнее коленки:
- Что Вы делаете? Не надо… пожалуйста, перестаньте…
Однако директор и не думал останавливаться, даже наоборот, он обхватил рукой Верочкину грудь и начал бесцеремонно её мять через блузку.
- Ты такая молоденька и красивая. Ты же не хочешь в тюрьму попасть. Я тоже не хочу, чтобы ты попала в тюрьму. Нам это не нужно, правда?
- Да, но…
Никаких сомнений и иллюзий у Верочки не осталось. Окружающий мир сжался ещё сильнее, не оставляя вокруг вообще никакого пространства. Директор шёл в наступление, и уже начал суетливо расстегивать пуговицы на блузке.

- Нет, пожалуйста, нет… Я так не могу…
- Мы же взрослые люди. – Директор покрывал поцелуями шею учительницы. – Всё будет хорошо, всё будет хорошо… Ммм… Как ты здорово пахнешь…
Возбужденный директор воспринимал робкое и неуверенное сопротивление учительницы по-своему. Внутренне он ликовал и хотел как можно скорее овладеть этой беспомощной девушкой. Он видел, что она практически сломлена. Стоит лишь надавить ещё чуть-чуть.
- Может рюмочку коньяка? – Предложил директор, уверенный в том, 50 грамм крепкого напитка ускорят процесс.

Учительница была готова на всё, лишь бы на миг освободиться от давления. Поэтому она охотно согласилась на предложение директора школы. Дмитрий Андреевич, воспринял это «да», как всеобщую капитуляцию. Обрадовавшись, похотливо улыбаясь, резко отлип от Верочки, направился к своему столу за коньяком и бокалами. Учительница уловила взглядом, как заметно оттопырились брюки директора. На мгновение Верочка представила, как Дмитрий Андреевич снимет их, а там...
В голове мысли запутались – остаться или убежать? Остаться здесь, сейчас, означало бы согласиться со всем, что предложит директор. То есть, раздвинуть перед ним ноги. В этом Верочка была уверена на сто процентов. Или убежать? Бросить всё как есть и будь, что будет. Бежать, куда глаза глядят. Директор как раз повернулся спиной, доставая бокалы. Это был идеальный момент для отступления. Главное, чтобы дверь быстро открылась. Собрав остатки силы духа, и сжав всю волю в кулачёк, Верочка подскочила, и молча, без слов, рванула к двери.
- Куда же ты? – Директор удивлённо смотрел вслед учительнице. – Вернись! Хуже будет! Стой!
Но Верочка, ловко отворив дверь, вырвалась из потных лап директора и растворилась в просторах школьных коридоров.

Испытания двумя крайностями


Вырваться удалось из кабинета директора, но свобода эта, как оказалось, была мнимой. Следующие сутки Верочке пришлось провести в полицейском участке. Первую половину дня в кабинете следователя, вторую половину в комнате предварительного заключения. Ночь за решёткой для Верочки стала самым страшным испытанием в жизни. Находиться в камере было в стократ страшнее, чем в кабинете директора школы. Уже после предварительных допросов, Верочка мысленно, жалела, что вырвалась из кабинета директора. И ближе к утру, она уже была готова на всё, лишь бы эта ночь не повторилась.

Утром следующего дня, её вызвали к следователю. В кабинете кроме него был какой-то мужчина. Это был следователь из отдела по борьбе с наркотиками. Быкурин рассказал следователю, что Вера Олеговна, кроме интима, предлагала ему попробовать какой-то наркотик. Это была безусловная причина передачи подозреваемой в другое отделение. Последняя новость добила Верочку окончательно. Тюремный срок рос на глазах. Вся в слезах, хотя казалось, что плакать уже нечем, Верочка, с наручниками на руках, села в чёрный тонированный джип. Машина недолго покрутилась по городу, а затем выехала на трассу и уехала на север. Проехав несколько километров, минув заправку, машина свернула в лес. Хорошая, асфальтная дорога, привела Верочку к какому-то санаторию или пансионату. Это была первая мысль учительницы, когда её вывели из джипа. Но обе её догадки были неверны. Это был загородный бордель, замаскированный под гостиницу.

Уже во дворе комплекса, Верочка начала догадываться, куда её привезли. Навстречу шли две девушки, в коротеньких юбках, чулках в сеточку и с разукрашенными лицами, как заправские шлюхи с панели. Проходя мимо, Верочка услышала обрывок фразы одной из них: «О, новенькую привезли».

Про это место Верочка знала, слышала от своих коллег, что за городом есть такое заведение. В этом заведении женщины, нелегально занимаются проституцией, продают свои тела мужчинам. Верочка осуждала это место, всех этих продажных женщин и презирала покупающих их мужчин. Какая жестокая ирония судьбы. Ужасное открытие, для чего её сюда завезли, осенило голову молодой женщины. По спине пробежали омерзительные мурашки, а в горле стало комом.
Не смотря на это, сопротивляться или просто впадать в отчаяние, у Верочки уже не осталось сил. Да и смысла не было. Куда обращаться за помощью? В полицию, которая её сюда сама завезла? Это было бы, по меньшей мере, глупо. Верочка это понимала, и поэтому, покорно шла навстречу судьбе. Молодую женщину завели в фойе гостиницы, где к ней подошло двое крупных мужчин, которые выслушав распоряжения сопровождавшего Верочку сотрудника отдела по борьбе с наркотиками, повели безвольное тело учительницы по коридору. Завели в комнату, без окон и почти без освещения. Уже в комнате, с неё сняли наручники, но лишь для того, чтобы приковать обратно, но уже к батарее у стены.

Час с лишним, просидела Верочка одна в комнате. Сидеть на полу, прикованной к стене, было очень неудобно. Наручники сжимали запястья рук, добавляя на палитру Верочкиных душевных мучений ещё и физический дискомфорт. Вдруг, Верочка отчётливо поняла, что вырваться, уже не получится никогда. Жизнь сломана основательно и возврату не подлежит. Осознав это, Верочка уставилась в одну точку, в углу комнаты, и так, безжизненно, в пустоте, просидела полчаса. Услышав какой-то шум в коридоре, внезапно, учительница почувствовала, как внутри что-то зашевелилось, затеплилось.

Как бы там ни было, и чтобы не случилось впереди, нужно жить. Сердце у Верочки в груди, снова забилось, сильно-сильно. Жизнь продолжается, нужно лишь принять вызов сложившихся обстоятельств, выдержать их и попытаться перебороть.

В комнату зашло трое. Женщина средних лет и двое тех самых, молодых и крепких мужчин.
- Жива? – Спросила женщина.
- Да. – Коротко ответила Верочка.
- Я надеюсь, ты уже поняла куда попала, что здесь делаешь, и что вообще происходит?
- Да, догадываюсь.
- Это хорошо. Особенно для тебя. Надеюсь, ты понимаешь, что сопротивляться бесполезно и болезненно?
- Да, конечно.
- Отлично. Ребята, освободите девочку.
Через мгновение щёлкнули замки наручников, и Верочка испытала облегчение, когда руки освободились. Она пристальнее посмотрела на гостей и поняла, что эта женщина, скорее всего, какая-то заведующая в этом борделе.
- Как тебя зовут, девочка?
- Вера Олеговна…
- А меня Маргарита. Можно просто Марго.
- Приятно познакомиться, Марго. – Автоматически ответила Верочка.
- Верочка, если не хочешь, чтобы эти двое тебя сейчас изнасиловали, будь любезна честно отвечай на мои вопросы и внимательно слушай, что я тебе сейчас расскажу.
Верочка в ответ лишь кивнула головой, трезво оценивая риски и то, что сопротивляться действительно нет смысла. Дальше один из мужчин достал камеру, включил и направил её на молодую узницу борделя. А женщина начала задавать разные вопросы.
- Ты девственница?
- Нет…
- Сколько мужчин у тебя было?
- Один…
- Есть дети?
- Нет…

Женщина задавала и задавала разные вопросы. Были вопросы о здоровье, о сексуальном опыте, и прочих разных таких вещах. В конце, ей велели раздеться и показать своё тело. Верочка спокойно поднялась и разделась. Конечно, она смущалась раздеваться перед посторонними людьми, да ещё и на камеру, но за последние дни, ей не раз приходилось так делать, поэтому она к подобному уже почти привыкла.

Услышав ответы на все вопросы, Маргарита начала рассказывать о распорядке дня, о правилах, наказаниях и прочих подробностях жизни бордельной проститутки. Верочка отметила про себя, что в школе, из этой женщины получился бы хороший завуч. Вспомнив об учёбе, учительница невольно затосковала. Прошло всего-то пару дней, а как всё круто изменилось. Казалось, что последний раз она вела урок несколько лет назад.

В конце, Маргарита попросила выйти мужчин, и сев рядом на кровати с Верочкой, взяла её за руку:
- Мне жаль, что ты сюда попала. Но не отчаивайся, это не самый худший вариант, который мог с тобой случиться. Поверь. Анкета у тебя хорошая получится и наверняка, какой-нибудь богач тебя приметит. Пока отдыхай, а чуть позже тебя начнут тренировать. Если что-то понадобиться, вон там, у столика есть кнопка. Звони, не стесняйся.

Женщина вышла, оставив Верочку наедине с собой. Учительница попыталась расслабиться и уснуть. Но, во-первых, это сделать было не просто, а во-вторых, ей постоянно мешали сконцентрироваться на сне. Каждый час кто-то заходил к ней в номер и будил. Было и такое, что её куда-то уводили. Например, среди ночи, её завели в подвал, где показали девочек, которые провинились. Их было всего две. Обе стояли раком на коленях. Руки и ноги зафиксированы. По красным ягодицам можно было догадаться, что их били ремнём или розгами. Верочка смотрела на происходящее в подвале, как на какую-то странную сцену из взрослого кино.

В другой раз, её привели в комнату, где находилось шестеро или семеро мужчин. Велели встать посреди комнаты на колени, и все присутствующие начинали снимать брюки, джинсы, доставать из штанов члены. Мужчины обзывали Верочку последними грязными словами и обещали хорошо её отодрать во все дыры. Когда казалось, что неизбежное вот-вот случится, заходил кто-то и сообщал какую-то весть, и всем приходилось натягивать брюки, джинсы, прятать члены назад, в штаны. Верочку возвращали в комнату, обещая, что всё равно её сегодня пустят по кругу.
За это время, Верочка столько всего разного натерпелась, что уже где-то внутри сама хотела, чтобы скорее это уже произошло. Чтобы её пустили по кругу, и чтобы она хотя бы об этом не переживала. Так продолжалось почти до утра. Постоянно прерываемый сон, обессилил Верочку. Начинался новый день, и Верочка встречала его с очень плохим настроением и с головной болью от недосыпания и голода.

Ближе к обеду, к ней в номер зашла Марго.
- Привет. Как спалось?
- Ну так, нормально. Непривычно, правда. – Верочка не хотела испытывать судьбу и жаловаться.
- Вот и отлично. А у меня хорошие новости для тебя. – Марго многозначительно захлопала ресницами. – Я же тебе вчера говорила, что анкета у тебя хорошая.
- Да.
- Так вот, есть один важный человек. Ему требуется гувернантка на дом. И ты ему идеально подходишь. Ему нужна такая неопытная, как ты. Сейчас ты с ним встретишься, и он тебе всё подробно объяснит.
Верочка не знала, как реагировать. Она ожидала, и уже настроилась на самое худшее, что с ней могло произойти. И тут, словно в конце тёмного тоннеля, забрезжил свет надежды. - А что в мои обязанности будет входить?
- Не знаю. Но обычно, это может быть уборка в доме, готовка еды, может. Ну так, по хозяйству, в общем. Раздвигать ноги придётся, конечно, но без этого никак. – Рассмеялась Марго. – В нашей-то профессии.

Верочка глотала обиду за обидой, но её сейчас интересовала собственная судьба. Похоже, скоро она вновь будет решаться.
- Марго, а Вы не знаете, что это за человек? Ну, Вы понимаете, о чём я…
- Да, конечно. Это хороший клиент. Не извращенец какой-нибудь, девочек не бьёт, не насилует. В общем, тебе даже понравится. Вот увидишь.
У заведующей зазвонил телефон. После короткой беседы, она пригласила Верочку за собой.
- Ну, пошли. Игорь Анатолиевич нас уже ждёт.

Шагая по коридору, учительница вспоминала имя, которое только что назвала Марго. Где-то она уже это имя слышала. Причём, совсем недавно. В голове шумело, и сконцентрироваться на чём-то одном, было тяжело. К тому же, перед ней стоял самый важный вопрос – что будет дальше?

В кабинете администратора, находился мужчина. На вид ему было около пятидесяти. Подтянут, достаточно элегантно одет. В целом приятная, располагающая внешность. Чувствовалось, что этот мужчина богат и властен. Серьёзный взгляд лишь подчёркивал мужественность лица, придавая мужчине сексуальности. На таких мужчин, Верочка всегда смотрела с замиранием сердца.

Представился мужчина Игорем Анатолиевичем и предложил Верочке присесть. Начав разговор, мужчина расспрашивал Верочку о подробностях её личной жизни. Затем, разъяснил, что от неё требуется дома по работе. Когда казалось, что разговор закончен, мужчина вдруг спросил:

- Ты говорила, что прежде чем попасть сюда, работала школьным учителем?
- Да. – Ответила Верочка, не совсем понимая, причём тут это.
- У меня сын растёт. Он заканчивает обучение, и уже совсем скоро будет поступать в ВУЗ. Хочется, чтобы он поступил не за деньги, а за знания. Учился потом тоже не за взятки. Но он не хочет учиться. Не знаю, что делать, как на него повлиять. Он такой упрямый.
- Я понимаю Вас. Скорее всего, Вам нужен хороший репетитор, чтобы мог заинтересовать мальчика. Доходчиво объяснять ему материал и привить любовь к учёбе, разбудить в нём интерес к знаниям.
- Да, и я многих предлагал сыну, но ему они не могут помочь.
Верочка вопросительно посмотрела на Игоря Анатолиевича, не понимая, как такое может быть. Мужчина прочитал удивление учительницы и дополнил:
- Просто мальчик вырос, ему уже исполнилось 18 лет, и ему нужна женщина. Я редко бываю дома, и не всегда могу проконтролировать его. Подозреваю, что он всё свободное и несвободное время проводит… – Мужчина явно пытался подобрать слово. – В общем, с мыслями о женщинах. Ну, ты понимаешь, о чём я.
- Да. – Конечно, Верочка всё понимала, это было вполне логично.
- Решил пойти на компромисс. Даю ему женщину, а он начинает хорошо учиться. Но тут возникла проблема. Уличную девку подкладывать под него я не хочу. Найти же приличную женщину для такого пикантного дела, согласись, не так уж просто.
- Да, я понимаю.
- Увидев твою анкету, я заинтересовался и показал видео сыну. Ты ему понравилась как женщина, и он согласен с тем, что ты будешь заниматься его учёбой.

Верочка молчала. Смириться с ролью проститутки было одно, а заниматься этим с юношами, как-то шло в разрез с её профессиональной этикой. Если раньше она и мысли такой не могла допустить, то сейчас задумалась. Альтернатива пребыванию в борделе, заманивала.
- Если ты чего-то не поняла, то это не предложение. Я купил тебя как непорченую шлюху, за большие деньги. – Голос мужчины вдруг приобрёл жёсткие, металлические тона. – И ты эти деньги отработаешь своими дырками, поняла? Здесь, или в другом месте, на панели.
- Да, поняла. Я просто. – Верочка вспомнила ночные представления. – Извините, я просто очень плохо спала и медленно соображаю.
- Вот так будет лучше. – Голос мужчины вновь подобрел. – Если в учёбе наладится прогресс, я буду выплачивать тебе премию. Если сын будет тобой доволен, то будут и другие приятные бонусы. Ну а если нет… Но лучше об этом даже и не думать. Ты поняла?
- Да, я всё поняла, Игорь…
- Анатолиевич…

Уточнив ещё кое-какие детали, Игорь Анатолиевич отправил Верочку к себе домой, чтобы та собрала вещи. Переезд в новый дом, должен был пройти как можно быстрее. Водитель помог Верочке сесть в машину, и повёз её назад в город. Суточное пребывание в борделе, для Верочки, кажется, закончилось. Она ехала навстречу новому месту работы и жительства.

Первое домашнее испытание

Верочка стояла перед большой и массивной входной дверью. Тяжело вздохнув, она протянула руку к дверному звонку. Что ждёт молодую учительницу за этой дверью? Какие ещё сюрпризы и неожиданности? Переживания по этому поводу, никак не утихали, скорее наоборот, только усиливались. Неопределённость – это то, что всегда более всего пугало и угнетало Верочку, ставило её в тупик. И эта ситуация была самой неопределённой в её жизни. По дороге к дому Игоря Анатолиевича, Вера Олеговна, только об этом и думала. Что говорить, что делать, и в целом, как себя вести. Любая из моделей поведения, известных ей, не подходили к сложившейся ситуации. Предстать перед студентом не столько в роли учительницы, сколько в роли сексуальной рабыни, было для Верочки немыслимым и невыносимым событием. Но выхода не было, нужно было мириться с этим положением и принимать всё как есть. Тем более, что времени переживать и волноваться, уже не осталось. Дверь открылась.

- Здравствуйте, Вера Олеговна. – В дверях стоял юноша.
- Здравствуйте. – Тихо ответила Верочка.

Сильно засмущавшись, она отвела взгляд в сторону. Дело в том, что юноша, оказался одним из учеников школы, где она работала. Это был очередной удар. Сейчас ей, от стыда, просто захотелось провалиться под землю. Не смотря на то, что Верочка, постоянно думала, что подобное может случиться, и морально готовилась к подобной встрече, начала краснеть и стесняться. Унижаться перед незнакомцами, однозначно, было проще. Верочка стояла, молча на пороге, ожидая приглашения войти. Ученик же, нагло осматривал Верочку с головы до ног. Учительница буквально ощущала на себе пристальный, раздевающий взгляд юноши. Так бывало и на уроках в школе, но тогда Вера Олеговна могла бы сделать замечание ученику или строго отчитать его. Сейчас же она замерла, словно сама была ученицей, перед строгим учителем.

- Проходите. Вы уже с папой говорили?
- Да.
- Вам разъяснили обязанности?
- Да, разъяснили. – С грустью в голосе подтвердила учительница.
- Раз вы здесь, значит, согласны со всеми условиями?
- Да. – Соглашаясь, Верочка точно понимала, что сейчас же, возможно даже в коридоре, ею непременно овладеет этот юноша, в недавнем прошлом её ученик, а с сегодняшнего дня хозяин и господин. – Я согласна.

Верочка попыталась подавить волнение, и строгими интонациями в голосе, напомнить ученику, и в первую очередь себе, что она учительница. Выглядеть как можно достойнее и спокойнее. Однако, вопреки всем усилиям, от волнения голос не выдержал, сорвался и задрожал.
В отличие от молодой женщины, Виталик был спокоен. Он с интересом рассматривал учительницу, оценивая то, как она одета и как выглядит в целом. Бросалось в глаза, что Вера Олеговна была не похожа сама на себя. Её покрасневшие глаза, выглядели очень уставшими. Измученное лицо, с едва заметными, тёмными следами, от размытой слезами туши.

- Вы, наверное, сильно устали? – Учтиво поинтересовался Виталик.
- Нет. – Вера Олеговна не хотела выдавать свою слабость. – Вовсе нет.
- Хорошо. Тогда пройдёмте со мной.

Виталик повёл учительницу по коридорам, показывая по пути, где какая комната. Что где находится и другие бытовые мелочи. Рассказывал, чего он ждёт от неё, и зачитывал некоторые правила поведения. Вера Олеговна обречённо ходила за учеником, удивляясь, почему он до сих пор на неё не набросился. Особенно учитывая возраст юноши и то, что он знает, что может делать со своей учительницей всё, что только пожелает.

- А вот ваша комната. – Виталик открыл дверь в очередную комнату. – Тут тесно, но зато есть кровать и окно. Со временем, если всё будет хорошо, я попрошу у папы разрешения, чтобы Вы переехали в мою комнату.

Вера Олеговна безучастно осмотрела свои новые апартаменты. Места действительно было мало. Кровать, тумба, стул, вешалка. Это была больше кладовая, чем комната. Три метра на два. Маленькая комната, но всё же, лучше, чем камера или номер в борделе. Дальше по коридору, была большая просторная, хорошо освещённая комната.

- Это кухня. Кстати, если хотите, можете чего-нибудь съесть.

Молодая женщина действительно хотела кушать и решила перекусить. Пока она уплетала бутерброды, Виталик внимательно следил за каждым её движением. Верочка предположила, что если юноша много думает о женщинах, значит, ему нравится и наблюдать за ними. Чтобы проверить догадку, она мельком взглянула на Виталика и увидела, что он как раз любовался её ножками. Обрадовавшись верности своей догадки, Вера Олеговна отметила про себя, как быстро начала постигать новую для себя профессию.

Когда с бутербродами было покончено, Виталик повёл учительницу в свою комнату. Сел за стол, на котором были разложены учебники и тетради, а Вере Олеговне указал на центр комнаты. Ей просто следовало стоять на месте и ждать, пока парень будет доделывать домашнюю работу. Это Верочке показалось странным. Молча стоять посреди комнаты, в одежде. Очень странно. Так она простояла пятнадцать минут, когда Виталик, наконец, предложил ей присесть на диван. Верочка устала стоять, поэтому с удовольствием воспользовалась предложением. Однако долго отдыхать ей не выпало. Виталик внимательно посмотрел на учительницу и вновь указал на центр комнаты.

Ситуация повторилась дважды. Когда в очередной раз, Верочке было предложено присесть, она вспомнила ситуацию на кухне. Присев на край дивана, она закинула ногу на ногу. Осмотрев позу учительницы и оценив её вид, Виталик остался доволен. Распоряжения вернуться в центр комнаты, от него, не последовало. Теперь, время от времени, он посматривал на красивые, стройные, женские ножки. Вера Олеговна окончательно поняла, что юноша небезразличен к её ногам. Что тоже было неудивительно.

Так она просидела полчаса, после чего почувствовала сильное желание сходить в туалет. В прошлой жизни, глупо было бы спрашивать разрешения выйти, у своего же ученика. Но ситуация радикально изменилась и теперь другого выхода, Вера Олеговна не видела. Тем более, она не знала, где этот туалет находится.

- Мне нужно в туалет. – Еле тихо сказала учительница.

Виталик что-то записывал в тетрадь. На секунду заглянув учительнице в глаза, он лишь слегка улыбнулся, и продолжил записывать. Молодая женщина сидела и думала, что юноша просто не расслышал, и повторила просьбу. На этот раз, юноша указал Верочке на место в центре комнаты. Верочка чувствовала себя участницей какой-то непонятной игры. Было ясно лишь, что она делает что-то неправильно. Но что этому сорванцу нужно на этот раз? Чтобы она спела песенку-считалочку, прочитала стихотворение или с задранной на голову юбкой, сплясала «лезгинку»? Для начала она решила слегка поменять постановку вопроса.

- Виталик, можно я выйду в туалет? – Спросила она, как можно увереннее.

Юноша спокойно вычитывал какое-то правило в учебнике, не обращая внимания на просьбу. Верочка решила ещё подождать. Она всё обдумывала, как отпроситься в туалет. Как нелепо, наверное, она сейчас выглядела в глазах юноши. Вдруг она вспомнила, как относительно недавно, не разрешила выйти в туалет одному из студентов и кажется, этим студентом был как раз Виталик. Задача усложнялась. Тем более, что с каждой минутой, желание становилось всё сильнее и сильнее. Учительница понимала, что придётся унижаться и просить, выпрашивать. Постепенно начало приходить понимание сути предложенной игры. Переминаясь с ноги на ногу, она слегка приподняла юбку, обнажая стройные ноги:

- Виталий, пожалуйста. Мне очень нужно выйти в туалет. Прости меня за то, что не отпускала тебя на уроке, мне очень жаль, что тогда так получилось.

Виталик тяжело вздохнул и наконец, обратил внимание на учительницу. Кажется, он был доволен видом страдающей молодой женщины. Отложив в сторону ручку, он повернулся на стуле к ней лицом и заговорил:
- Вера Олеговна, мы же договорились. Если чего-то хотите, то просите прямо. Не стесняйтесь.
- Я хочу писать. – Пролепетала учительница и непроизвольно покраснела щеками.
- Хотеть не вредно, терпите. – Юноша резко прервал блеяния Верочки. – Я пока не разрешаю. Терпите.
- Но я…
Виталик сурово посмотрел на учительницу, и та замолкла.
- Вот доделаю химию, и мы займёмся вашими проблемами. Чем быстрее я закончу уроки, тем быстрее вы пописаете. Понятно?
- Да. – Учительница понимала, что возражать нет смысла.
- Вот так лучше. – Сказал Виталий, переворачивая лист учебника. – И подумайте пока над своим поведением.

Через полчаса Виталик отложил в сторону тетрадь, и, закрыв учебник, сообщил учительнице, что домашнее задание сделано.
- Ну, вот и всё. Домашка закончена. Можете писать, я разрешаю.
Верочка в очередной раз впала в замешательство. С одной стороны наконец-то ей можно сходить по нужде, но с другой стороны, сделано это было в такой форме, что оставались вопросы.
- А где у вас туалет?
- Вы меня не поняли, Вера Олеговна. Если хотите писать, то писайте прямо в трусики. Здесь.
- Но я так не смогу. – Взмолилась Верочка, умоляя взглядом отпустить её в уборную. – Мне нужно в туалет. Я не могу так.
- Если не можете, значит, не хотите. Я вас заставлять не буду.

Шокированная учительница осталась стоять посреди комнаты, а Виталик переместился на диван. Вот так, в тишине, прошло ещё полчаса, которые казались Верочке целой вечностью. Видимо, Виталик тоже устал ждать, и решил ускорить процесс.
- Вера Олеговна, а давайте я вам помогу. – Он встал рядом с Верочкой и тихо начал провоцировать мочеиспускание. – Пись-пись-пись-пись.

Юноша приговаривал так, словно перед ним стояла не взрослая женщина, а маленький ребёнок. Уловка удалась. Учительница отчаянно терпела, но понимала, что реагирует как маленький ребёнок и терпеть больше не может. Желание пописать пересиливало чувство стыда. На глаза начали наворачиваться слёзы. Она посмотрела на Виталика, а тот, всё поняв, спокойно заметил:
- Можете писать стоя. Так даже интереснее будет. За пол не переживайте. За собой потом тут всё уберёте.

Верочка, чтобы было не так стыдно, закрыла глаза, и расслабила мочевой канал. Несколько мгновений, и её пизда пустила мощную струю мочи прямо в трусики. Горячие струйки быстро пропитали материю и потекли горячими потоками по дрожащим ногам вниз. Учительница испытывала грандиозное облегчение, граничащее с невероятным удовольствием. По полу растекалась большая лужа, а Вера Олеговна всё продолжала писать. Во время всего процесса, Виталик нахваливал учительницу:

- Молодец, Верочка. Молодец. Хорошая девочка.

Закончив своё дело, Верочка пришла в себя, и к ней начало возвращаться чувство стыда. Ей стало неловко и неудобно.

- Садись. – Велел юноша.
Верочка двинулась в сторону дивана, но ученик её остановил.
- Не туда. На пол. – Он с силой надавил на её плечи, опуская попой прямо в лужу. – Ты только что описались, а диван чистый. Сиди здесь, я сейчас вернусь.

Сказал Виталик и вышел из комнаты. Верочка же осталась сидеть в луже мочи. Юбка промокла, но сейчас это меньше всего беспокоило учительницу. Виталик вернулся через две минуты. Он ходил в ванную, чтобы под холодной водой усмирить свой пыл.

- Так, Вера Олеговна, я тоже хочу писать. И сейчас я пописаю на тебя.
Верочка даже не успела обработать услышанную информацию и понять, что намерен делать ученик. Он встал перед ней, ловко достал обмякший член из штанин, и, сосредоточившись, направил струю мочи на учительницу. Принимая горячий, золотой дождь, Верочка едва сдерживала слёзы от обиды и унижения. В основном, Виталик направлял струю на грудь, но несколько раз досталось и по зажмуренному лицу учительницы. Брызги разлетались в разные стороны, и совсем скоро училка была вся мокрая. Блузка прилипла к груди, обозначая аппетитную форму и объем. Закончив дело, Виталик запихнул член обратно в штанины.

- Мне нужно сейчас уходить. Будешь ждать меня здесь. Поскольку ты вела себя плохо и была непослушной, грязной девкой, я тебя накажу. Хорошо было бы тебя выпороть. Но обойдёмся тем, что будешь отдыхать здесь, на полу, в чём есть. Полежишь, подумаешь над своим поведением.

Юноша вышел из комнаты, и вернулся с графином воды.
- Вот, выпей сколько сможешь.
Верочке хотелось пить, поэтому она, не задумываясь, выпила столько жидкости, сколько смогла. По крайней мере, Виталик остался доволен. Отставив графин в сторону, он стянул ей руки и ноги специальными зажимами и оставил лежать в луже мочи.
- Вера Олеговна, вот ваш новый телефон. – Снова вежливо заговорил Виталик. – Здесь один единственный номер. Звоните, если захотите чего-нибудь или пережмёт руки. И не думайте хитрить. Камера всё записывает.

Виталик положил телефон рядом с учительницей так, чтобы та могла легко до него дотянуться. Засобиравшись, юноша ещё раз посмотрел на свою сексуальную рабыню, и чуть смягчившись, подложил ей под голову маленькую подушечку. Присев на корточки, он спокойно сказал:

- Если бы вы, Вера Олеговна, меня слушались и не фокусничали, то сейчас бы нежились в горячей ванне, а после спали бы в чистой, приятной и мягкой постели. Настоятельно рекомендую, пересмотреть своё поведение. Чтобы впредь такого не повторялось. Ведь это мягкое наказание. В следующий раз, может быть хуже.

Юноша ушёл, оставив учительницу наедине. Верочка пыталась устроиться удобнее. Но как бы она не старалась, то там давило, то там затекало. Довершало картину неудобств, собственное липкое тело и мокрая одежда, неприятный запах своей и чужой мочи. Вот так начиналась её новая жизнь.