М Ж

Мы стали часто заниматься сексом. При любом удобном и неудобном случае она лезла ко мне в штаны, будь то дома, в гостях, в магазине или на улице, когда никто не видел. Не то чтобы мне это не нравилось или не радовало, но столь резкая перемена в ней слегка тревожила. Еще пару месяцев назад секс у нас бывал не чаще 3-4 раз в месяц, а иногда и реже. Все попытки увеличить этот показатель до классических 2 раз в неделю имели временный успех. Ей нравилась близость, она любила поцелуи и обнимашки и обожала кончать лежа на животе.

Но, по природе своей, будучи ленивой и меланхоличной- все же предпочитала сон хорошему сексу. И вот уже несколько недель подряд я ни разу не мастурбировал, на это просто не хватало рук. Мы жили в большой трехкомнатной квартире и по старой холостяцкой привычке спали отдельно, в разных спальнях. Утром я выходил из комнаты, а она уже ждала меня в ванной- мокрая и горячая или сидела на кухне в одном переднике, закинув ногу-на-ногу. Но чаще всего, еще до того, как завопит будильник, залезала ко мне под одеяло, чтобы усесться на торчащий после ночи член.

Потом мы пили кофе, завтракали, и по тому как она облизывала губы, глядя на меня, я понимал, что она снова хочет. Я бежал на работу, а когда вечером возвращался, она накидывалась на меня, как хищная птица на кролика. Иногда- прямо в коридоре, иногда тащила меня в спальню, стаскивая на ходу одежду и трусы. Чтобы я быстрее возбуждался, она одевала черные чулки и короткие свободные юбки. Похоже, что прилюдия ей была абсолютно не нужна, она была мокрая всегда и единственное чего ей хотелось- это побыстрее засунуть себе во влагалище мой тяжолый хуй. В таком темпе я не всегда кончал, она же наслаждалась каждым движением и быстро достигала оргазма. После короткого перерыва она снова начинала свою игру- целовала и кусала, до боли, ласкала яйца или игриво водила пальчиком по члену.

Я отстранял ее, и тогда, не довольно мурлыкая, она уходила в ванную. За дверью слышалось журчанье воды и ритмичное шлепанье. Минут через двадцать она выходила, закутаная в длинное полотенце, румяная и нереально возбуждающая. Смотрела прищуреными глазами, как я все еще лежу на смятом одеяле в ее кровати и с торчащим, до самых небес, хуем. Длинное полотенце падало на пол. Мы снова трахались, я снова не кончал, а она, закатывая глаза, помогала руками быстрее двигаться моим ягодицам и повторяла одно-единсвенное слово: «еще, еще, еще, …» Потом быстро разворачивалась на живот и, просунув руку себе между ног, кончала, долго, с тихим протяжным стоном переходящим в писк: «ууввввввввввввыыыыииииии…» и это было потрясающе. Я чувствовал как влагалище сжималось вокруг мене в ритмичных сокращениях- медленнее, медленнее, — это был лучший момент, что бы тоже кончить…

Однажды она сказала: «мне тебя не хватает. «И мы купили ей резиновый хуй. Вместе выбирали на сайте, оформляли заказ. Она заставила меня снять штаны, чтобы подобрать похожую форму. И пока я вводил реквизиты, делала мягкий минет «чтоб не скучно было». Позже, валяясь мвесте в кровати, я спросил: «зачем он тебе, ведь у меня и так все время стоит?» Она захихикала. Смешно, но я не шутил. С приходом выходных у меня наступала непрекращающаяся эрекция- она ходила по квартире в трусиках и тугом лифчике. Мне приходилось носить свободные штаны без трусов. Ужасно неудобно, когда все время стоит. Даже поход в магазин становился проблемой. Помогала, разве-что, горячая ванна.

Уточка с градусником показывала 45–47 Цельсия. Я брал с собой бутылку минералки и лез в кипяток. Только так получалось снять напряжение в гениталиях, .. Не на долго. Потом мы шли гулять или ехали к ее родителям на обед. Почти любое мое случайное прикосновение она расценивала как желание секса и тут-же тащила меня в уборную или примерочную, или лифт, за отрог здания, в курилку, в телефонную будку, куда угодно, лишь-бы уединится на несколько минут, задрать юбку, расставить ноги и насладится быстрым проникновением. Чтобы не заморачиваться с нижним бельем- одевала танга либо узкие свободные трусики, которые легко растягивались.

Тогда снимать их не было необходимости, особенно когда время поджимало. Но без трусов и бюстгалтера почти никогда не ходила. Меня удивляло, как, будучи столь распутной, она оставалась ужасно стеснительной. Всякий раз, когда нас заставали врасплох, она краснела, быстро поправляла одежду и тащила меня прочь. Однажды нам пришлось трижды убегать едва только начав. В конце-концов, добравшись домой, мы набросились друг на друга как распаленный львы. Прямо в коридоре я срывал с нее блузку и злился из-за того, что никак не мог расстегнуть лифчик. Она свалила меня на пол, расстегнула ширинку и, стянув трусы в сторону, жадно уселась на мой хуй. Складно работая бедрами, с каждым новым движением, глубоко погружала меня в себя, обволакивала упругой плотью, заставляла мычать и пускать слюни от дикого наслаждения прибывания в ней.

Если мы никуда не ходили, то выходные проходили одинаково, — пили пиво, смотрели телик и бесконца трахались. К вечеру, совершенно выжатый, но довольный, я засыпал на диване, а она вертела в руках фалоимитатор.

— Это называется Финальный Чпок, — говорила с улыбкой и бежала в душ.

Ночью я вставал в туалет. Прокрадываясь мимо ее комнаты, слышал, как она мастурбирует. Оргазмы заменяли ей все — еду, сон и досуг. Когда я уходил на работу, она оставалась одна, включала музыку и занималась аэробикой. Ритмичные движения возбуждали ее невероятно, поэтому во время своих занятий резиновый пенис всегда был под рукой, и не только. В результате стандартное занятие на 55 минут растягивалось в продолжительный, трехчасовой и более, спортивно-эротический трип который заканчивался горячим душем между ног. Немного отдохнув, она готовила себе бранч- жарила яишницу со сливками и фасолью и большой кофе, потом прыгала в кровать, читала журналы и онанировала. Потом снова наставал час пениса. Она безустали вводила в себя эту резиновую вещь, кончая несколько раз подряд, и уже, вконец обессилев, засыпала, даже не доставая его из себя.

Вечером, дома, меня встречала невероятно соблазнительная женщина с твердыми формами и ласковой улыбкой. И она ужасно хотела секса.

Однажды она спросила меня о товарище, с которым мы иногда выпивали или смотрели футбол.

— Помниш он приходил к нам? Вы смотрели что-то спортивное по телику, а я была в ванной. Потом он пошол в туалет. Через стенку я слышала, как он дрочит. Думаю он дрочил на меня.

Я ничего не ответил, но на следующие выходные пригласил приятеля к нам. Было много пива, по телевизору шол хороший футбольный матч. Она вышла к нам из душа, мокрая и горячая в коротком, до колен, банном халате. До перерыва мы сидели вместе, потягивая пиво, а потом она пошла «к себе почитать». Вскоре приятель удалился «отлить», а я продолжил надираться и смотреть явно проиграный матч. Футбол почти закончился, когда он вернулся. С румянцем и виноватым взглядом он что-то пробормотал про то, что ему «резко поплохело» и «пожалуй он пойде» .

Я был здорово пЪян, когда она пришла. Под халатом не было ничего.

— Соскучилась за твоим мальчиком, — прошептала дрожащим голосам, стаскивая с меня штаны вместе с бельем. Удивительно, но как бы сильно я не бывал пъян, усталый или больной, — у меня всегда на нее стоял. Не снимая халат она раздвинула бедра и, помогая рукой, вставила мой набухший красный член. Я почти ничего не чувствовал кроме тепла и влаги, что текла по животу. Ее вздернутые груди выскользнули из халата и теперь синхронно вздымались в такт с движениями, вверх-вниз. Запрокинув голову назад она получала удовольствие а я, пЪяный и немой, был распростерт под ее замечательной пиздой. Кончив с тихим писком, она упала рядом на диван.

— Верь мне, — говорила, целуя в сухие губы, — я никому не позволю кончить в себя, слышиш?… Никому, кроме тебя…

Утро было тяжолым. Немного мутило и трещала голова. А она уже юркнула ко мне под одеяло и прижалась голым телом.

— Блин, не сейчас, дай поспать, — промямлил я. Ощутил как тонкие пальцы залезли в трусы. Взъерошили волосы на лобке. Она лизнула мне сосок и, спрятавшись под одеяло с головой, целовала грудь, опускаясь все ниже. Дальше был ахуительный минет. Я брызнул себе на живот и открыл глаза. Головная боль утихла. Она выглянула из-под одеяла, облизываясь и хитро улыбаясь. — пойдем быстрее пить кофе. И убежала в ванную. Было Воскресенье и у меня снова стоял. Еще до завтрака я имел ее дважды. На кухне, в переднике и маленьких цветных трусиках, она крутила задницей, пока я не прижа ее к столу животом и вставил во всю длинну. Она визжала от восторга и кончала.

Через пол часа, выходя из ванной, увидел ее афигенную попу в чорных танга прямо перед собой. Сидя на коленях у себя на кровати, опираясь на локти, делала вид, что читает. Быстро стащил с ее бедер чорную ткань и вонзился в горячие губы. В этот раз все было дольше. Я трахал ее ссзади, она развела ноги почти в полный шпагат так, что влагалище превратилось в тугую мембрану. Потом- на боку, задирая вверх ногу, прижимая бедром к плечу, глубоко проникал, а она, сильно выгинала спину и кончала с коротким криком. Лежа у нее на спине, мощными движениями вталкивал хуй в тугой комок гладких мускулов и набухших сосудов. Каждый удар повторялся громким совмесным выдохом. Она снова сильно кончила, и конвульсивно сжала бедра. Я выдернул багровый член и, быстро работая рукой, поливал ее плечи густым потоком спермы.

Завтракали голышом. Эрекция не прекращалась, потому так было проще. Наверно она что-то подсыпала в кофе. Совокупление становилось манией, я все время ее хотел. Даже поглощая спагетти, я смотрел на ее твердую грудь, с сосками измазаными соусом и прилипшим листом петрушки, и боролся с желанием встать и облизать их и все остальное. После завтрака мы отдыхали, валялись на диване, смотрели телик, смеялись. Она делала мне минет и я не оставался в долгу. Наполнив теплой водой и пеной ванну, мы пили вино, целовались и мастурбировали. Потом я ходил в магазин, а она, по-видимому, вновь забавлялась с дилдо. На протяжении дня она имела не менее двух десятков оргазмов, в сравнении с моими тремя это было невероятно.

Вечером, порядком уставшие и расслабленые, мы лениво занимались любовью на мягких подушках. Практически не двигаясь, просто проникнув друг в друга, легко колыхались на волнах.

Через несколько дней позвонил приятель, предлагал посидеть-поболтать. Я снова пригласил его к нам. Он пришол с полным пакетом выпивки. Мы замутили кальян, и, неспешно покуривая, пили вино. Кажется он скоро собирался жениться.

— Давай устроим ему сюрприз, — шепнула мне на ухо, когда тот затягивался из мундштука. Сидя напротив него, она играла бедрами, быстро разводя и сводя их вместе. В какой-то момент, сквозь дым, я увидел, что он неотрывно смотрит ей между ног. Судорожно глотая алкоголь, он, как зачарованый вглядывался в тайный просвет между двух ахуительных бедер. Она поднялась с дивана, подошла к нему, взяла его влажную ладонь и, просунув под юбку, прижала к горячей промежности. Я точно знал, что там горячо.

— Передай привет своей девушке, — сказала она сквозь улыбку, и подмигнула.

Парня здорово трясло, он залпом выпил бокал и ушел в ванную. Тогда она стащила с меня спортивки, задрала юбку и начала мастурбировать.

— У меня пожар, задыхаясь шептала она, и я видел как ее бедра блестели от влаги и мелко дрожали колени. Член быстро встал, она села на него, как на пику. Обхватив руками мою шею, начала в невероятном темпе двигаться вверх-вниз.

— Кончи в меня, кончи, — умоляла измученым тоном, — да, да, да, да, даааааааа…..

Когда приятель вернулся из ванной, мы мирно сидели на диване, пускали ароматный дымок и целовались.
Секс составлял 90% всех наших взаимоотношений. Если мы не трахались, то отдыхали после траха или готовились трахнуться. У нас даже времени на еду не было, и приходилось есть во время занятий любовью. Я мог скользить между ее аппетитных ягодиц и уплетать аппетитный сандвич. Она, задрав ноги, охала в предчувствии оргазма, и просила подать соус для фри. Пока я лизал ей клитор, она облизывала ванильное мороженое. А во время минета самое время было съесть парочку круасанов, запивая Маккофе. Мы оба были вегетарианцами и обожали секс с салатом.

Еда открывала новые горизонты ощущений. Если во время оргазма держать во рту соленый арахис, по вкусу он напоминал клубнику или кислую малину, белковый крем превращался в копченую семгу, а вкус обычного огурца был совершенно неописуемой смесью сладких тропических фруктов и лука. Эти праздники разврата и чревоугодия нам заменяли походы в дорогие рестораны. Слизывая мармелад с набухших сосков я вкушал замечательный голубой сыр с запахом женского тела, а мед смешаный с соками ее вагины был ничем не хуже сладкого камамбера. Измазаные сладостями и слюной мы слипались, во всех смыслах, в одно целое.

Один или два раза в месяц у нас не было секса. Она мучилась болью в животе и, закутавшись с ног до головы одеялом, лежала в позе эмбриона с утра до вечера. Менструации были ужасно болезненными, она старалась избегать всякого контакта со мной, даже простое прикосновение доставляло ей страдание. Эти несколько дней я посвящал мастурбации.

Утром, проснувшись, лежа в постеле, я нащупывал яйца и мягко масировал их некоторое время. Если дрочить сразу после пробуждения, оргазм получался очень слабым. Я предпочитал подготовится. После легкой физразминки, вновь ложился в кровать. Зажимал член скрещеными бедрами и смотрел порно на телефоне. После завтрака в ванной, уперевшись простатой в угол умывальника, массировал основание головки, поливая ее теплой слюной и жидким мылом. Кончал здорово и продолжительно, без единого звука. После обеда, сквозь шторы, смотрел во двор на гуляющих молодых мам с симпатичными задами и налитыми колышущимися грудьми.

Смазаная кремомо ладонь заменяла их бархатные, не совсем узкие, после родов, вагины. Когда наставал вечер, в своей комнате, я доставал из тайника приспособление сделаное из мочалки-бублика и мягкой тряпки- имитатор влагалища, одевал призерватив, капнув в нево немного зубной пасты, и удовлетворял несуществующую женщину, которая называла меня «мальчиком». Но, даже переживая более глубокие и яркие оргазмы онанизма, мне все равно не хватало женщины. Я тихонько заходил в ее комнату, ложился голым в кровать и осторожно прижымался к закутаному в одеяло телу. Не поворачиваясь, она высовывала ручку чтобы нащупать мой хуй. Я смазывал его слюной и ложился на спину. Она механически дрочила мне пока я не брызгал на живот. Нежно вытирая ее ладошку об себя и собрав сперму я тихонечко уходил, поправив одеяло.

Идея пришла мне случайно. Я погружался в нее быстрыми размеренными движениями. С закрытыми глазами и раздвинутыми ногами она сказала: «Я бы хотела чтобы ты делал так долго» .

— Тогда давай устроим марафон?

Секс-марафон, беспрерывное совокупление максимально длительное время. Возможно так мы смогли бы уталить на время необходимость физического обладания друг-другом и освободить пространство для других отношений.

Я расщитывал часов на 5. К выбраному времени мы запаслись всем, что могло бы понадобиться: готовая еда, минералка, смазка, крем, бумажные полотенца, журналы. Начали в 11 часов утра. Я входил в нее осторожно и максимально медленно, стараясь не наращивать возбуждение. Но, ввиду того, что секса у нас не было часов 12, это было непросто. Она лежала на животе расслабившысь и концентрировалась на дыхании. Уже через 15 минут мы трахались, как сумасшедшие кролики. На полных оборотах, я буравил ее влагалище неотвратимо приближаясь к оргазму. Она визжала и кончала дважды подряд с небольшим интервалом. Я едва смог сдержаться чтобы не выплеснуть в нее. Замедлился, делая глубокие вдохи, выпил немного воды и успокоился. К концу первого часа я кончил. Она была невероятна в постели. Пытаясь приглушить свое возбуждение- становилась еще более возбуждающей. Я мог закрывать глаза и считать вдохи, но я не мог перестать принимать сигналы, котрые посылала ее вагина.

Что-бы сберечить силы, мы двигались по очереди, то ускоряясь, то замедляя темп. Я лежал на спине, жевал батончик и смотрел как работают ее восхитительные бедра. Она царапала коготками мне грудь, пока я тонул в волнах накатывающих ощущений. Потом она кричала, зажимая клитор пальцами, а я снова делал глубокие вдохи по технике Дзэн. К концу третьего часа мы порядком устали. Ей пришлось сбегать в туалет, в это время я продолжал мастурбировать.

Перекусили, выпили остывший кофе, не прекращая совокупляться. Возбуждение заметно спало, к тому же добавились новое неприятное ощущения жжения. Я использовал приличное количество смазки, втирая ее большим пальцем в промежность, вокруг клитора и во влагалище. Секс начал превращаться в некий механический процес уже очищеный от страсти. Она листала журнал, а я неистово пытался нащупать в глубине ее лона щекочущее ощущение, что предшествовало оргазму. Вдруг она закричала: «Да, еще, еще, сейчас!..»

И кончила, судорожно стиснув бедра. С блаженным выражением лица, с полузакрытыми глазами ее тело содрогалось от моих бешеных ударов. Мне показалось что она уснула или выключилась, так безвольно повисли ее руки. Мысль о том, что она умерла возбуждала. Сквозь усталость и онемение начало наростать ощущение надвигающегося оргазм. В какойто момент оно исчезло, но, потом, опять появилось, лавинообразной волной накрывая сознание. Будто короткое умопомрачение поразило разум. Движения стали порывистыми и нескоординироваными, голова сильно запрокинулась назад, открытый рот заполнился жидкой, похожей на воду, слюной. За закрытыми веками ожили мимолетные, невиданые картинки, красочные и не очень. Кажеться я кричал каким-то глухим звериным крихом, переходящим в задыхающийся стон, и упал на липкую простыню. Я не всилах был даже перевернутся, чтобы удобнее лечь. Задыхающийся, измазаный слизью, слюною и кровью я проваливался в сон или терял сознание. Последнее что я запомнил, был ее вопрос, доносившийся очень издалика: «У тебя еще стоит?..»

Слабость и боль- это меньшее на что я мог рассчитывать. Член был сильно воспален, одно из яиц распухло и отдавало ноющей болью в живот. Было трудно передвигаться и, вообще, любое движение давалось с трудом. Ей тоже было тяжело, приходилось широко расставлять ноги и обильно смазывать кремом пах. Мы не носили одежды и почти весь день сидели перед телевизором или на кухне.

— Ты бы хотел изменить мне? — Спросила она.

— Я изменяю тебе каждый раз, когда дрочу. — Ответил задумчиво.

— Нет, я не об этом. Ты бы хтел кончить в другую женщину?

— А если кончить НА другую женщину, это щитается изменой?

Она задумалась: — Если она не против, то, наверное, да.

— Тоесть если она будет спать, например, то, мастурбируя на нее, я не изменю тебе?

— Нет, если только не вздумаеш в нее, кончить.

— Значит, по-твоему, измена связана с возможностью оплодотворения? А как же мастурбация?

Она снова задумалась

— Если женщина раставляет для тебя ноги, что-бы ты подрочил или сама тебе дрочит- она заинтересована в тебе, как в мужчине. И если ты кончаеш, то подтверждаеш, что тоже в ней заинтересован, как в женщине, — это уже измена.

Мы помолчали.

— В любом случае измена- это обман, а я не хочу тебя обманывать.- Сказал я.

— А если я разрешу тебе, ты бы хотел кончить в другую женщину?..

Это было что-то новое. Похоже после марафона для нас кое-что изменились. Продолжительный, изнуряющий коитус опустошил нас. Мы будто достигли пределов друг-друга. И теперь нужно было искать новый эротический смысл нашим отношениям не нарушая их.

Она подошла к окну и выглянула на улицу. Потом позвала к себе.

— Смотри, на лавочке. Это Светланка.

Я увидел молодую светловолосую мамашу, которая, сидя, качала коляску с младенцем.

— Я вижу, как она смотрит на тебя, каждый раз когда возвращаешся домой. Она тебе нравится?

В ней не было ничего особенного. Одна из многих мамаш нашего двора. Слегка полноватая, не высокая, с белоснежной кожей. Под свободным бело-голубым сарафанчиком угадывалась пухлая грудь.

— Да, пожалуй да, я пересплю с ней.

Я решил поддержать игру, правила которой мы только что определили.- Еще один вопрос, а если бы это была не она, а он?

Все оказалось очень просто. В один из дней я подошол к Светланке и предложил выпить кофе.

«Хорошо», — ответила она, взяла из коляски мылыша и покорно пошла следом. Ребенка она положила на моей кровати, заботливо обложив подушками со всех сторон. Я поставил на стол дымящиеся чашки.

— Мне нельзя, я грудью кормлю, — сказала и опустила глаза.

Я привлек ее к себе и поцеловал. Она неумело ответила, сильно сжимая губы. Мы пошли в спальню. Я снова целовал ее, в подбородок, в шею, в виски. Касался ушей. Она начала громко и часто дышать, словно задыхаясь.

— Все нормально?

— Да, — тихо прошептала.- Давно так не было.

Я скользнул рукою под сарафан, по мягкому бедру вверх. Она была без трусов. Коснулся набухлых половых губ, неожидано сухих и плотно сжатых. Пришлось облизате палец, чтобы проникнуть внутрь- в просторное теплое влагалище. Я почувствовал, как она напряглась и слегка откинула голову, будто готовилась кончить. Уложыв ее в постель, я быстро разделся и достал презерватив.

— Можно без этого. У меня еще не начались месячные после родов.

Я смазал слюною член, потом высоко задрал сарафан. Кожа ее тела была потрясающей белизны. По округлому животу, вниз, тянулась темная пигментная полоска и терялась в редких волосах на лобке. Запах пизды был густым и дразнящим. Осторожно просунул член чежду двух упругих долей, помогая большим пальцем. Мягкими не глубокими движениями начал погружаться в нее. Она лежала не двигаясь, только часто дышала. Вдруг, конвульсивно изогнувшись и закатив глаза, она звонко коротко крикнула. Потом обхватила меня ногами и руками со всей силы, на которую была способна, не позволяла двигаться, будто боялась что могу уйти. Лежали прижавшись друг-к-другу «Я, наверное, тебя люблю.» — Шептала мне на ухо и продолжала крепко обнимать.

Мы трахались час или около того. С задраным платьем, я переворачивал ее на бока и на живот, скрещивал ноги, или сгинал в коленях, или прижимал к животу, или просто рассовывал плотные бедра и вталкивал в нее свой член, сильно и глубоко, как в упругую куклу. Она громко охала, иногда выкрикивала глупые фразы, несколько раз имитировала оргазм, остальное время просто лежала с закрытыми глазами. Кончил как раз вовремя, из другой комнаты послышался плач ребенка. Она вскочила с постели, поправляя на ходу сарафан, по голому бедру текла сперма.

Я смотрел как она кормит малыша. Бретельки сарафана упали с плеч, оголив две полные, набухшие молоком, груди с огромнными кругами сосков. Прижимая головку ребенка к себе, она нежно шептала ему: «Кушай, мой маленький, мой красивый, мой вкусненький…». Из другой груди струилось молоко и густо капало на мою кровать. Я подошол к ней и жадно припал к живительному сосцу. Сладкая влага наполнила рот. Я ласково трогал и мял этот упоительный шар из плоти. Сладкие капли текли по щекам и шее. Пальцы касались голой спины, ласкали под тканью бедра.

Придерживае одной рукой младенца, другую она опустила себе между ног. Я сжал в кулак свой член и дрочил, поливая его слюной и молоком. Кончили вместе…. Ребенок крепко спал. Моя голова лежала у нее на бедрах, близко-близко к теплому животу. Она ерошила мне волосы и довольно мурлыкала. Запах молока, спермы и влагалища ласкал ноздри. Глаза закрыты. За веками пробегают мимолетные сны. Я давно не был так спокоен и так счастлив. Уже засыпая слышу, будто из далека, ее голос: «У тебя еще стоит?..»

Посвящается моей жене Светлане.

2019 г.


Автор: Олег

Похожие порно рассказы


порно рассказы по тегам