Последний раз

МАЙКЛ ГАРРЕТТ

Впервые в истории "Роллинг стоунз" приезжали в город, и Джек Холленд готовился использовать визит супергруппы в своих интересах.

Он стоял перед зеркалом, поворачивая голову из стороны в сторону, вскидывая подбородок, пытаясь улыбнуться во все тридцать два зуба. Как и Мика Джаггера, Джека отличали высокий рост, худощавость, запавшие глаза, квадратная челюсть, выпирающее адамово яблоко, пухлые губы. Однако, он был помоложе, чуть больше тридцати, и отдавал предпочтение короткой стрижке. Однако, сходство все равно бросалось в глаза.

Собственно, всю его жизнь друзья и даже незнакомые люди удивлялись тому, что выглядит Джек точь – в – точь, как самый знаменитый из Стоунсов, но это не приносило ему никаких дивидендов. Разве что он выступал в роли двойника Джаггера на вечеринках и концертах самодеятельности. Но наступил день, когда Мик и Джек одновременно находились в одном городе, и Джек решил, что лучшей возможности урвать кусочек славы своего знаменитого двойника уже не представится.

Он надел рубашку на пару размеров больше и широкие штаны, а парик позволил ему добиться окончательного сходства с Миком. В таком виде они собирался появиться в районе ночных клубов. Он знал, что фанатки готовы на все, чтобы ублажить своего идола, и Джеку очень хотелось пойти навстречу их желаниям.

Он пропел пару строчек из "Time is on my side", окончательно убедив себя в том, что дамы не почувствуют разницы, при условии, что петь он не будет. Голос его не имел ничего общего с голосом Джаггера, английский акцент Джека мог вызвать разве что смех, но он полагал, что местные красотки в таких тонкостях не разбираются. Возможность потрахаться с мировой знаменитостью вгонит любую в экстаз. Что бы он ни говорил, едва ли она услышит хоть слово.

Джек подмигнул своему отражению в зеркале. Женщины уже тридцать лет мечтали о поцелуе Джаггера, а его, точно такие же губы не удостаивали и взгляда. В итоге сходство с Джаггером начало действовать Джеку на нервы, потому что рок – звезда, хотя и женился, мог заманить в постель любую, а Джеку частенько отказывали даже нимфоманки. Но в этот вечер он рассчитывал получить достаточную компенсацию за годы раздражения и зависти.

Сколько у него сегодня будет женщин? Две? Три? Джек улыбнулся. Ограничивать себя он не будет. Пожалел двойников Элвиса. Если только они не работали при жизни Короля, у них не было возможности оказаться между ног юной красотки, даже не подозревающей об обмане.

– Сегодня я оттянусь по полной программе, – важно произнес Джек, имитируя английский акцент.

*

*

*

К тому времени, когда Джек дал шесть автографов и вырвался из собирающейся толпы, настроение у него заметно упало. Одежда неудобная, голова под париком чесалась, дул холодный ветер. Действительно, его принимали за настоящего Джаггера, да только женщины, которые с вожделением смотрели на него, возрастом больше тянули на пенсионерок, а не на молоденьких секс – бомб. Он – то рисовал себе блондинок лет двадцати пяти, с падающими на плечи волосами, грудью, так и рвущейся навстречу рукам, ногами, которые могли сжать талию мужчины, как кольца питона.

И когда Джек собирался перейти к альтернативному плану, заготовленному на крайний случай, из двери ресторана, прямо перед ним, выпорхнула девушка его мечты и едва не сбила с ног. Глаза ее блеснули: она его узнала.

– Извините меня, – нервный голос. – Мистер Джаггер? Я просто не могу поверить, что это вы!

Джек решил, что ей ближе к тридцати, чем к двадцати. Фигура потрясающее, лицо – загляденье, правда, брюнетка, но темные волосы на подушке мотеля выглядят более сексуально. Джек откашлялся, стараясь не показывать волнения – черт, да подобные встречи для настоящего Мика – обычное дело.

– Только не спрашивай меня, как куда пройти, милая... Этого города я не знаю, – прочирикал он. С имитацией акцента, как обычно, получилось не очень, но у девушки никаких сомнений не возникло.

– Ой! – воскликнула она. – Никто мне не поверит!

Ее звали Карен, и она утверждала, что вовсе и не искала его, а зашла в ресторан, куда хотела позвать своего бойфренда, чтобы порвать с ним всяческие отношения. Возможно, так оно и было, но Джек видел, что на него она реагирует точно так же, как и остальные. Во взгляде читалась страсть, а когда Карен чуть раскачивалась из стороны в сторону, разрез юбки обнажал великолепные ноги чуть ли не до признаков пола. Джек в полной мере ощутил власть, которую приобретали над женщинами кумиры толпы.

– Слушай, мне бы осмотреть город. Может, поможешь?

Радостная улыбка осветила ангельское личико Карен, и в следующее мгновение он уже шел под руку с самой красивой женщиной на свете. Да кому нужны рекордные тиражи пластинок, думал Джек. Вот она, главная причина, по которой рвутся в рок – звезды.

Но тут же одна за другой к ним подошли три женщины и попросили автограф. Джек даже рассердился.

– Черт, – едва слышно выругался он, ставя закорючки на обороте трех смятых квитанций об оплате каких – то счетов. Наклонился к Карен. – Нам надо где – нибудь уединиться, крошка. Как насчет моего номера? – ответ Джек знал заранее, и Карен его не разочаровала.

– Я надеялась, что ты это предложишь, – промурлыкала она. – Но, может, нам пойти куда – нибудь еще, подальше от остальных? Чтобы нам совсем никто не мешал? – и соблазнительно улыбнулась.

– О, я об этом уже позаботился, – Джек раздулся от гордости. – Я поселился отдельно.

Поначалу он хотел снять номер в лучшем отеле города, но сообразил, что именно там и остановится настоящий Мик Джаггер. А встречаться с человеком, за которого он себя выдавал, в планы Джека определенно не входило. Поэтому Джек остановил свой выбор на скромном мотеле неподалеку от аэропорта. Прямо под уличным фонарем он повернулся к Карен, обнял ее. С широко раскрытыми глазами она всем телом прильнула к нему. Джека обдало жаром. В голове мелькнула свежая мысль: господи, да ведь я могу ездить за Джаггером из города в город и снимать сливки. Я даже смогу написать книгу о своих приключениях и стать миллионером. Я смогу...

– Мик! – его голос оборвал грезы Джека. – Концерт! Ты опоздаешь! – она смотрела на часы.

Черт, выругал себя Джек. Он напрочь забыл о концерте Мика. Значит, до полуночи ему ничего не обломится.

– Ты права, – простонал он, уже безо всякого акцента. – Но потом ты приедешь ко мне, так?

Она забралась руками под его рубашку, пробежалась пальчиками по спине, отчего по коже побежали мурашки.

– Я не хочу от тебя уходить, – прошептала Карен. – Ты можешь провести меня за кулисы, чтобы я весь концерт могла быть рядом с тобой? Ты не возражаешь, не так ли?

– Э... – тут ему пришлось поворочать мозгами. – Служба безопасности этого не допустит, милая. Более того, даже на концерт не можем поехать вместе. Меня и моих парней привезут в лимузине. Нам готовится торжественная встреча. Извини.

– О, Мик, – разочарованно простонала она. – Но ты посвятишь мне песню, не так ли? Чтобы доказать моим друзьям, что ты действительно знаешь меня.

– Э... конечно, милая. Если вспомню. С годами я не становлюсь моложе, знаешь ли.

Он обнял ее обеими руками ухватил за зад. Мысль о том, что в постель они попадут не скоро, бесила, но разве у него были другие варианты? Чтобы остаться в образе, приходилось учитывать временной фактор.

– Могу я встретить тебя у колизея после концерта? – взмолилась она. – Можем мы поехать в мотель вместе?

Искушение было велико. Он мог нанять лимузин и в полной мере насладиться властью знаменитости, но Джек знал, что он никогда не решится появиться в непосредственной близости от реального Мика Джаггера, из страха, что его выведут на чистую воду.

– Боюсь, что нет, милая. Приходится следовать инструкциям службы безопасности,

Лицо Карен на мгновение потеряло красоту, такая уродливая гримаса перекосила его.

– Ты меня продинамишь, не так ли, Мик? Найдешь кого – то еще, чтобы провести с ней ночь. Ты такой же, как все. Ты...

– Подожди, милая, – Джек схватил ее за плечи, заглянул в глаза. – Эту ночь мы проведем вместе, ты и я, обещаю, – он достал из кармана ключ от номера, вложил в ее трясущиеся пальцы. – Этой ночью у меня будешь только ты. И никто больше.

Она вновь заулыбалась.

– Я сказала себе, что ни на секунду не упущу тебя из виду, если мне повезет и мы встретимся, – она обняла Джека, прижалась к его груди. – Мне так хорошо с тобой.

Джек сжал ее руку. Теперь он не сомневался, что она придет.

– Мне пора, – в голосе слышалось искреннее сожаление. – Я уеду сразу после концерта. Помни, мотель "Тандерберд". Около аэропорта.

Он поцеловал ее вновь, они слились в страстном объятье, которое длилось, длилось и длилось. Наконец, Карен оторвалась от него.

– Я не хочу, чтобы ты опоздал.

Когда она уходила, ее ягодицы, туго обтянутые юбкой, чуть не свели его с ума. Джек уже не сомневался в том, что до конца своей жизни будет играть роль Мика Джаггера.

– Мик! – донесся молодой голос с другой стороны улицы. – Подожди!

Мотнув головой, Джек понял, что надо уходить с людных улиц, а не то ему не будет прохода. Расписавшись, он поспешил к своему автомобилю, который припарковал в темном переулке.

*

*

*

Лежа на кровати, вслушиваясь в шум льющейся воды в ванной, он думал о ней, представлял себе прозрачные капельки, скатывающиеся по нежной коже. Издалека доносился рев реактивных двигателей: аэропорт не затихал даже ночью. Карен примчалась в мотель сразу после концерта, как и обещала. И хотя часы показывали начало второго, спать Джеку ну совершенно не хотелось. Черт, да он мог бодрствовать всю ночь... и какую ночь! И хотя число женщин, клюнувших на его внешность во время визита "Стоунз" недотянуло до его ожиданий, на крючок попалась рыбка, о которой он не мог и мечтать. Карен превзошла все его фантазии. И, самое главное, эта ночь должна была стать главной и в ее жизни. Если он правильно разыграет свою партию, но сможет договориться и о последующих встречах, наболтав ей о том, что лучше нее у него никого не было и он готов тайком прилетать к ней на уик – энд из разных концов мира. Он мог растянуть удовольствие.

Наконец, в ванной выключили воду. Готовясь к ее прибытию, Джек прыснул в рот ароматическим спреем. Еще чуть – чуть, и его фантазии обратятся в реальность.

Дверь приоткрылась?

– Мик? – прошептала она. – Тебя не затруднит погасить несколько ламп? Свет такой яркий, словно это комната для допросов в ФБР.

– Слушай, я хочу посмотреть на тебя, милая. Темнота меня не устраивает.

– Не надо гасить все лампы. Но свет очень уж яркий.

Он подчинился, понимая, что она совершенно права. Он – то включил абсолютно все, словно собрался заняться любовью на сцене. Она же хотела соблазнить его, и он не собирался лишить ее такой возможности.

Карен выступила из ванной в полотенце, обернутом вокруг влажного тела. Вода замочила и кончики волос. У кровати она приспустила полотенце, рукой обхватила грудь, пальцем лаская сосок и сводя Джека с ума. Все происходило молча. Джек, как зачарованный, смотрел на нее, а Карен, похоже, решила устроить ему первоклассное шоу, чтобы превзойти всех фанаток, с которыми он до этого переспал.

Он открыл рот, чтобы что – то – то сказать, но Карен знаком остановила его. На коленях забралась на кровать и медленно скинула с себя полотенце. Глаза Джека едва не вылезли из орбит, стали огромными, как плошки. На соске левой груди Карен блестело серебряное колечко, правую украшала маленькая татуировка. В тусклом свете он не мог разглядеть, что на она изображает, но полагал, что до утра ему представится возможность присмотреться к татуировке с более близкого расстояния. Лобковые волосы она выбрила в форме свастики. В нежных складках ее "киски" поблескивало еще одно серебряное колечко. Невинность лица Карен резко контрастировала со сладострастностью тела. Лицо принадлежало ангелу, тело – подружке байкера, которую надолго лишили секса. Карен приблизилась, надула губки, смочила их язычком, обвела пальцем. Член Джека едва не прорвал джинсы.

– Я хочу оттрахать тебя, Мик, – прошептала Карен, ее пальцы уже расстегивали ремень. Он хотел ей помочь, она оттолкнула его руку. Она, похоже, все продумала заранее. – Подожди, Мик, – промурлыкала она. – Я сама.

О таком он и не мечтал. Мало того, что ему досталась одна из писаных красавиц, так она еще собиралась взять на себя активную роль, оттрахать его! Он бы в это не поверил, если б они уже не лежали в постели и она не взирала на него, как на божество. Впрочем, для нее он и был Богом. Он протянул руку, чтобы поласкать ее грудь, но она вновь оттолкнула его.

– Сначала я, – прошептала Карен. – Когда я ублажу тебя, ты сможешь заняться мною.

Он закрыл глаза, почувствовал как ее теплые губы прижались к его, горячий язычок нырнул в его рот. Она облизала ему щеку, ухо, потом вдруг прошептала: "Я люблю все необычное, наверное, ты это уже заметил".

Он откашлялся, но не успел произнести ни слова, как она прижала палец к его губам.

– Как насчет уз любви, Мик? – прежде чем он успел ответить, она достала из сумочки, лежавшей на полу у кровати широкие шелковые ленты. – Розовые – для меня, после того, как я доставлю тебе наслаждение. Синие – для тебя, – она завязала один узел на запястье, второй – на стойке. И пока Джек волновался о преждевременном семяизвержении, покончила со второй рукой и принялась за ноги. Поскольку стоек в изножии не было, она привязала его ноги к раме. Он испугался, что вне сможет остановить ее руки, если в порыве страсти он схватит его за волосы и поймет, что это парик. Впрочем, объяснение он заготовил заранее. А в том, что она поверит всему, он не сомневался.

Сидя между его ног, Карен улыбнулась, глядя на торчащий колом член. Поцеловала в колено и двинулась выше, к мошонке. Сладкая пытка, думал он, хорошо представляя себе, что за этим последует. Ее язычок прошелся по всей длине его детородного органа, замер.

– Наслаждение и боль, Мик, – прошептала она. – Не ты ли сочинил песню о наслаждении и боли?

Откуда он мог это знать? Он слышал от силы пару альбомов Стоунсов, да и то ранних. Но ответить он не успел, потому что в следующее мгновение Карен заклеила ему рот. Теперь он не мог произнести ни звука.

Вот тут Джека охватила смутная тревога. Он связан по рукам и ногам. Не может позвать на помощь. А вдруг у нее какие – то тайные планы? Ограбление? Пытка? Разумеется, нет... Он же, в конце концов, Мик Джаггер.

Наслаждение и боль...

– Я ждала, когда же ты, наконец, приедешь в наш город, – в шепоте появились зловещие нотки. Теперь она лизала длинное лезвие ножа, неизвестно как появившегося в ее руке. Металл мрачно поблескивал. – Я небогата. Я не могла прийти к тебе, как Чэпмен – к Леннону. Но я ждала тебя, Мик, – лучи фар автомобиля, разворачивающегося на стоянке, пробили тонкие занавески и ударили ей в лицо. В желтоватом отсвете ее глаза стали такими же, как Чарлза Мэнсона. – Я знала, что ты придешь ко мне. А со временем, и все остальные, – она глубоко вдохнула, впилась ногтями в грудь Джека. Тот дернулся от боли. – Это судьба, ничего больше. А от судьбы никому не уйти, Мик. Никому.

У Джека гулко забилось сердце. Его затрясло. Если б не кляп, зубы выбивали бы дробь. Он глухо застонал, дернулся, но она тут же пристала лезвие ножа к его шее. Джек почувствовал укол, что – то теплое потекло по шее на подушку.

– Заткнись и замри, Мик, – прохрипела она. – Я всю жизнь слушала твой гребаный голос. Теперь тебе придется послушать меня.

Джек не мог говорить, но струйка слюны нашла щель в кляпе и потекла по подбородку. Груди Карен болтались над ним, но его они уже не возбуждали.

– Чэпмен был дилетантом, – прошипела она. – Леннон слишком легко отделался. Пара выстрелов, и готово, – она зевнула, потянулась. – Но мы с тобой, Мик, сначала познакомимся поближе. У нас будет, что вспомнить, Я думаю, ты этого заслуживаешь.

Безумие в глазах женщины нарастало с каждой минутой. Слезы покатились по щекам Джека.

– Эй, Мик, не плачь. Будь мужчиной!

Джек дернулся вновь и поплатился еще одной раной на шее.

– Наслаждение и боль, Мик, – рявкнула Карен. – Сейчас мы потрахаемся, если у тебя еще встанет, а потом я вырежу аккуратненькое сердечко у тебя на груди. Потом мы снова потрахаемся, и я изменю тебе голос на сопрано. Ты смог бы петь песни "Бич бойз", если бы я оставила тебя в живых.

Джек в очередной раз попытался вырваться, но эта сучка знала, как вязать узлы. Он умоляюще взглянул на нее глазами Мика Джаггера, но выражение ее холодного, бессердечного лица не изменилось.

– Нам некуда спешить, Мик, – проворковала она. – У нас впереди целая ночь, – оскалилась, а когда наклонилась, чтобы укусить за плечо, напевно прошептала. – "Давай проведем время вместе".

Перевел с английского Виктор Вебер

MICHAEL GARRETT

THE LAST TIME


Автор: Виктор Вебер (перевод)

Похожие порно рассказы


порно рассказы по тегам